— Спасибо, — с чувством произнёс он наконец. — Но ты зря переживаешь. Наши лидеры не дураки, не выпустили бы нас во внешний мир, если бы была реальная угроза. Скорее всего, эти ребята просто следят за порядком. Может быть, даже с согласия местных ритмов…
— Как скажешь, — в голосе брата затаилась нотка обиды. — Я предупредил.
***
Весь следующий день Марка не покидало двойственное чувство. С одной стороны, всё складывалось здорово: Нилана рядом и в хорошем настроении, родные явно рады его видеть, погода тёплая и солнечная… Но в то же время что-то было не так. Марк ощущал это как невнятный дискомфорт где-то за грудной клеткой, над солнечным сплетением. Словно его куда-то тянуло, не оставляя в покое ни днём, ни ночью…
— Всё в порядке? — шёпотом спросила его Нилана, перегнувшись через стол за ужином. — Ты какой-то грустный.
Марк встрепенулся, живо натянул улыбку и закивал. Серьёзно, что может быть не в порядке?
Она ему не поверила — по глазам было видно. Марк притворился, что очень интересуется ужином, ругая про себя свою физиономию. Что это за нотт такой, который позволяет всем окружающим читать собственные эмоции по выражению лица?
Ложась спать в тот вечер, он пообещал себе, что утром встанет с хорошим настроением и будет наслаждаться жизнью.
Обещание сдержать не удалось.
В самый тихий, самый тёмный час ночи они с Давидом подпрыгнули на кроватях от громкого стука в дверь. Зажгли свет, переглянулись и поспешили в гостиную, а затем в прихожую, где отец уже стоял у двери.
— Кто там?
— Ареноса. Открывайте. У нас срочное распоряжение эвакуировать атра Маркия и ученицу-медику Нилану.
— Чем докажете? — отец страшно разнервничался, но голос его не дрогнул.
Марк — даже сквозь металлическую дверь, даже не глядя на стоящих за ней — ощутил раздражение ночных гостей.
— Атр первого года Маркий, шестнадцать лет, шестая семья, наставница — рубра первого года Карина, куратор — альб Ортей, опознавательный номер…
— Всё, не надо дальше, — крикнул Марк. — Открывай, пап.
Отец оглянулся на него и неохотно отпёр дверь. Та скрипнула и впустила в прихожую двух ренов в серой форме. Ритмы, специалисты по связям короны с внешним миром.
— Что случилось? — испуганная Нилана выглядывала из двери в гостиную, за её спиной маячила Майя. — Вы за нами?
— Приказ из короны, — переходя на ареносский, отрезал ритм постарше, невысокий и сухощавый. — Каникулы окончены. Все рены обязаны срочно вернуться в Кумсору. Пять минут на сборы.
— Почему? — насторожённо поинтересовался Марк. — Почему каникуляров отзывают? Снова были столкновения?
— Нет времени, — напомнил второй ритм, молодой и высокий. — Собирайтесь, будьте добры.
— Куда? — охнула мама, чуть не сбитая с ног Марком, вылетающим из комнаты с рюкзаком. — Что?..
— Прости, мам, — он торопливо обнял её. — Спасибо за всё. Ещё увидимся…
— Нет, стойте! — гневно взвилась она, опомнившись, и кинулась следом, к двери.
Но приблизиться к сыну не смогла — увязла в мягком барьере, поставленном старшим ритмом.
— Прошу прощения, но нам дозволено применять магическую силу в случае сопротивления, — сухо сообщил тот по-севальски, опуская ладонь.
— Поняли, да? — многозначительно подмигнул людям ритм помладше. — Вы хотели — очень хотели — их остановить, но мы использовали магию, и вы ничего не смогли сделать. Детвора, выдвигаемся.
Старенький магионный перевоз, замаскированный под электрическую модель севалийского производства, медленно пробирался по улицам с выключенными фонарями. Ночь, как назло — или к счастью? — выдалась облачная и очень тёмная. Уличные фонари не горели. С обеих сторон едва различимо высились заборы и стены домов западной части города. Кроны многолетних деревьев призрачно дрожали на ветру над головами.
Ритмы решительно пресекали любые попытки расспросов. Молодой судорожно стискивал руль, вглядываясь в очертания дороги за стеклом; пожилой прижимал руку к энергосборнику, подпитывая машину, и время от времени отдавал краткие указания. Марку оставалось только переглядываться с Ниланой в темноте. Её эмоционал то и дело шёл рябью, а ладонь, которую он сжимал в своей руке, крупно дрожала.
После того, как они в очередной раз стукнулись колесом о камень на обочине, нечаянно съехав с дорожного покрытия, Марк нервно выпалил:
— Впереди какое-то столпотворение…
Старший ритм фыркнул.
— Ясное дело. Нас ждут. Там выезд из города.
— А-а-а… — протянул Марк. — А другого выезда нет?
Командир высокомерно промолчал. Зато ответил, не отрывая напряжённого взгляда от еле видной дороги, младший ритм:
— Есть, конечно. Их пять. И спорить готов, у каждого по куче солдат…
— Лучше работай, нотт, — перебил старший. — Уже достаточно близко.
— Как работать? — растерялся Марк.
Перевоз, не доезжая до следующего перекрёстка, плавно остановился.
— Мысли их прочитай, — с недоумением объяснил командир, выбираясь из машины. — Нам надо знать, как лучше прорваться. Ты чего, не умеешь, что ли?
— Мысли читать — точно не умею, — буркнул атр, но тут же сдался. — Попробую проглядеть эмоционалы. Но не думаю, что это поможет делу.