Маркус видел, как вспыхнули яростью глаза Алисии при упоминании Офелии, и ему снова пришлось остановить ее, ухватив за плечо.
— Послушай, — сказал он, заглядывая в ее перекошенное от гнева лицо. — Послушай, Лекса. Сейчас ты должна быть командующей, ясно? Только командующая может спасти Кларк. Только трезво мыслящая командующая.
Он сам не знал, откуда все это взялось, — Лекса, и Кларк, и остальное. Но слова приходили сами собой, и — он знал — были правильными.
— Кейн прав, — подал голос Мерфи, и Маркус даже не удивился этому имени. — Включай режим командующей, или принцесса умрет. Все просто.
Маркус снова посмотрел на Алисию.
— Ты нужна ей. Понимаешь? Ты нужна ей, Лекса.
***
Слова долетали из вакуума, из густого тумана. «Ты нужна ей, Лекса». «Кларк в опасности». Кларк?
Алисия вздрогнула и тряхнула головой. Нет. Не сейчас. Никаких чертовых воспоминаний, никаких воспоминаний о прошлых жизнях, — сейчас это только отвлечет от главного. От того главного, что она должна сделать — возможно, от самого главного в ее жизни.
И она запретила себе чувствовать. В один миг, одним невероятным усилием отсекла все, что бурлило в груди, подступало к горлу комом, а к глазам — слезами. Она выключила это, будто нажав на кнопку, перещелкнув реле. И другим, трезвым взглядом огляделась вокруг.
— Нико, иди к бывшему лагерю Небесных и жди отряд сопровождения, — велела она. — Пусть скрытно идут сюда. Оставь там связного для минометчиков, как дойдут — пусть занимают позиции. Прицел — на бункер.
— Слушаюсь, командующая.
Следующий взгляд был брошен на Мерфи.
— Останешься здесь, пока мы не вернемся. Сколько людей внутри?
— Около двадцати, — он закашлялся. — Думаю, Вик и Джаспер в камерах, девчонки — в общем зале, сразу после входа.
Жаль. Если бы знать точно, что все пленники разведены по камерам, можно было бы бросить гранату.
— Как вы его вытащили? — посмотрела на Маркуса.
— Его вывели наружу двое, твои лучники сняли их и спрятали в кустах.
Алисия потерла подбородок и кивнула.
— Значит, меняем план, — она посмотрела на Мерфи. — Ты знаешь, что именно Офелии нужно от тебя?
Он кивнул.
— Хорошо. Керн и Лоренс, быстро к солдатам, снимите с них форму и наденьте на себя. Прости, Мерфи, но тебе придется вернуться обратно.
— Зачем? — удивленно переспросил Маркус. — Он же на ногах не стоит.
Алисия сжала губы.
— Затем, что они откроют только своим. А снаружи эту чертову дверь мы открыть не сможем.
В ушах зашумело, кровь забурлила по венам с неимоверной скоростью, но Алисия заставила себя успокоиться.
— Вперед, — скомандовала она удивленному до крайности Маркусу. — Хватайте его и идем.
Они прошли полпути до бункера, прежде чем услышали донесшийся из-за глухой двери выстрел.
***
Рейвен видела, как Элайза ползет к пистолету, и отчаянно надеялась, что увлеченная разговором с отцом Офелия не заметит ее маневра. Но когда Элайза ухватила оружие и приставила его к собственному подбородку, она едва сдержала крик.
— Нет! — хотелось крикнуть ей во все горло. — Не смей этого делать! Не смей оставлять нас одних!
Но она молчала. Зажимала собственную рану и, чувствуя, как капля за каплей вытекает из нее жизнь, подумала: «Каждый из нас волен решать. Не знаю, смогла бы я жить после того, что сделала эта тварь? Наверное, нет»
И крик так и не родился, остался где-то в груди тупой болью.
Рейвен поймала взгляд Элайзы и молча сказала ей: «Я прощаю тебя».
Увидела слабый кивок, услышала звук выстрела и потеряла сознание.
***
Все начало происходить очень быстро. Алисия, услышав выстрел, заторопилась, подгоняя землян, несущих Мерфи — сам идти он не мог. Они рассредоточились по обе стороны от двери, и Кейн с силой постучал кулаком. Маркус видел, как Алисия стоит — напряженная, но очень спокойная, будто каменная. Стоит и сжимает в обеих руках по вынутому из ножен за спиной мечу.
Она похожа сейчас была на саму смерть, смерть во плоти: безразличную, равнодушную, пришедшую забрать свое.
Дверь медленно приоткрылась, и Кейн подтолкнул Мерфи к щели.
— Эй, сучка, — прохрипел тот. — Твои шавки убедили меня. Я дам тебе чертовы коды.
Мгновение ничего не происходило, а потом щель стала расширяться, и еще расширяться, и еще, и когда она стала достаточно широкой, чтобы пройти внутрь, Кейн рывком отшвырнул Мерфи в сторону и ворвался первым, держа наготове обнаженный мачете.
Маркус вбежал следующим: как раз вовремя, чтобы накинуться на замахнувшегося прикладом солдата и повалить его на землю. Краем глаза он увидел лежащее в углу тело Элайзы, взвыл и вонзил нож в голову поверженного противника.
А потом в зал вошла Лекса.
Она не вбежала, нет, она вошла, на ходу поднимая оба меча, и лицо ее казалось черным, а глаза — ярко-зелеными, до синевы. Один взмах — и две головы слетели с плеч, и кровь брызнула во все стороны фонтаном, и жуткий крик заполнил собой все.
