– Это другое, – сказала Су Илань и налила себе еще чарочку. Глаза ее сузились, но Янь Гун различил в них презрение и насмешку.
– Хочешь, чтобы тебя умоляли? – вспылил Янь Гун.
– А если так? – хмыкнула Су Илань.
Янь Гун заскрежетал зубами, но встал на колени и сложил кулаки. Ради Ли Цзэ он был готов пойти на любые унижения.
– Спаси его, – повторил он хрипло, голос его подвел. – Можешь сколько угодно насмехаться надо мной, я все вытерплю, только спаси его.
Су Илань скользнула по нему равнодушным взглядом, посмотрела в упор на министров.
– А эти что? – насмешливо спросила она. – Не хотят спасти своего царя? Уж не они ли пытались его отравить?
Министры возмущенно зароптали, но Янь Гун бросил на них яростный взгляд:
– И вы тоже!
Пришлось и обоим министрам встать на колени.
«Она решила на нас отыграться за все», – подумал Янь Гун, заметив, что Мэйжун явно наслаждается происходящим и не торопится соглашаться помочь Ли Цзэ.
– Ты ведь не любишь меня, – сказал Янь Гун, сжимая кулаки.
– А за что мне тебя любить? – фыркнула Су Илань. – За то, что посадил меня на цепь в царском дворце? Или за то, что называл меня речным гулем?
– Но Цзэ-Цзэ-то что тебе сделал? – перебил Янь Гун. – Он хорошо с тобой обращался. Разве тебе все равно, что он может умереть?
– А разве я довела его до такого состояния? – вкрадчиво осведомилась Су Илань и вприщур посмотрела на евнуха.
Лицо того побагровело. Удар был очень меткий, хоть Су Илань на то и не рассчитывала. Ее даже удивила реакция Янь Гуна.
«Так он тоже в этом замешан», – поняла Су Илань, и лицо ее стало хищным и злым.
– Если спасешь его, получишь все, что ни попросишь, – совсем отчаявшись, взмолился Янь Гун.
– У тебя нет ничего, что бы ты мог мне дать, – отрезала Су Илань.
– Контракт! – осенило Янь Гуна. – Контракт о твоей покупке! Я порву его! Ты получишь свободу!
Су Илань поглядела на него с сожалением:
– Ты всерьез полагаешь, что я остаюсь во дворце из-за той бумажки? Да ты еще глупее, чем я думала, евнух. Если бы я захотела, ни ты, глупый евнух, ни вся ваша разбойничья сотня не смогли бы меня удержать во дворце против моей воли.
Янь Гун содрогнулся. Было сейчас в лице Мэйжун что-то… устрашающее, несмотря на красоту.
«Ведьма», – мелькнуло у него в голове, и он машинально полез рукой за пазуху, чтобы потрогать амулеты.
Су Илань, заметив это, пренебрежительно фыркнула и поднялась, глядя на евнуха сверху вниз:
– Это будет тебе урок. В другой раз не зли меня, слышишь? Женщины злопамятны.
– Змея, – ругнулся Янь Гун сквозь зубы.
Су Илань лишь довольно улыбнулась.
Улыбка на лице Су Илань повергла Янь Гуна в настоящий ужас. Это была даже не улыбка, а глумливая ухмылка.
– Ты… – выдохнул он, серея лицом, – ты хочешь смерти Цзэ-Цзэ!
Су Илань не сдержалась и хорошенько пнула Янь Гуна в грудь тот кубарем откатился к двери.
– Ты дурак, евнух, – резко сказала она. – Если бы я хотела смерти Ли Цзэ, позволила бы ему умереть от яда красноглазой змеи.
– Тогда почему ты отказываешься спасти его сейчас? – воскликнул Синий министр.
– Когда я отказывалась? – удивилась Су Илань. – Я лишь сказала, что я не лекарь, но это не значит, что вашего царя нельзя спасти.
– Как? – воскликнули все трое мужчин.
Су Илань хорошо продуманным жестом указала в сторону сада:
– В дворцовом пруду водятся разноцветные рыбы. Мясо разноцветных рыб помогает при лихорадке.
– Нужно распорядиться, чтобы слуги поймали рыбу! – воскликнул Зеленый министр.
– Нет, – протянула Су Илань, – вы трое должны сами это сделать.
– Что? – растерялся Янь Гун.
– Вы поймаете трех рыб, – сказала Су Илань, – каждый по рыбе, выберете ту, у которой обкусаны плавники, разделаете ее, чешую, кости и внутренности сожжете, мясом накормите вашего царя. Мясо должно быть сырым и несоленым. Тогда он выздоровеет.
– Ты это серьезно? – после молчания спросил Янь Гун.
– А разве похоже, что я шучу? – сухо парировала Су Илань.
Янь Гун поднялся, отряхнул одежду и сказал министрам:
– Идемте, нужно поймать разноцветную рыбу.
Министры, кряхтя, поднялись и потащились за ним.
Су Илань, выждав, когда они уйдут, повалилась на кровать и залилась беззвучным смехом. Но смеялась она недолго: выскользнула из покоев Хуанфэй и прошла в царские комнаты. Ли Цзэ по-прежнему лежал в беспамятстве. Су Илань прокусила себе палец и позволила нескольким каплям крови упасть в рот Ли Цзэ. Она знала, что это поможет, поэтому собралась было вернуться в павильон Феникса, но в последний момент передумала и повернула к пруду. Такое зрелище она бы ни за что не пропустила!
Оба министра и царский евнух залезли в пруд и ловили руками разноцветных рыб. Одежда их промокла и была испорчена илом и грязью, волосы растрепались. Рыбы оказались слишком юркими, поймать их было непросто, министры даже упали несколько раз, поскользнувшись, и тем самым только распугали рыб еще больше. Но вот, наконец, всем трем посчастливилось, и они стали выбираться из пруда, вытягивая за собой, как сети, намокшие, отяжелевшие подолы одеяний.
