По правде говоря, она и этого не могла: Великое Ничто аду не подчинялось, и хоть Юн Гуань и был несколько ниже рангом, чем десять владык, но власти над ним ад не имел, только Владыка сфер мог ему приказывать.
Оставалось лишь искать утешение в мысли, что Вечного судию тоже недавно наказали за проступок – лишили его сил, отрезав ему волосы, за то, что он вмешался в Круг жизни и смерти. Но волосы – не ногти, они отрастают быстрее, да и короткие волосы лишь выглядят вульгарно и позорно, кровь-то из них не хлещет.
– Владычица, – сказала одна из приспешниц, – к вам посланец Гу Ляна.
Гу Ши скривила красивый рот. Только посланцев Гу Ляна ей сейчас не хватало! Второй владыка ада наверняка послал кого-то над ней насмехаться, это было очень в его духе: тем более наступал черед ей править адом, а теперь, оправдываясь тем, что она наказана, Гу Лян отказался передавать ей Тиару Бездны и, стало быть, власть. Это было очень унизительно.
Гу Лян прислал какого-то демона, невзрачного и не оставляющего присутствия.
– Второй владыка просит Седьмую явиться к нему во дворец, – покорно провозгласил демон.
– «Просит явиться», – ядовито повторила Гу Ши.
Чем вежливее это было сказано, тем оскорбительнее оно для нее звучало.
– Что ему от меня нужно?
Демон этого не знал, а может, притворился, что не знает, вежливо же откланялся и испарился, прежде чем в него угодила запущенная Седьмой подставка для ног.
– Вы что-нибудь об этом знаете? – спросила Гу Ши у приспешниц.
– Он и других вызвал, – сказала одна из приспешниц.
– Что-то он засуетился… – пробормотала Седьмая. – Не только во мне дело?
Но узнать это можно было лишь одним способом. Гу Ши досадливо встряхнула руками, капли крови посыпались бисерным дождем вокруг. Чтобы навести морок, ей потребовалось не более минуты: кровь перестала брызгать, обрубки пальцев скрылись под длинными накрашенными ногтями. Приспешницы накинули ей на плечи плащ, отороченный перьями черных цапель, и Гу Ши отправилась во дворец Гу Ляна.
Остальные уже собрались, когда Гу Ши пришла. Окинув их быстрым взглядом, Седьмая пришла к выводу, что все они, кроме нее самой, уже знают причину, по которой им велено было явиться к Гу Ляну. Не иначе как задумали общую пакость против нее.
Все они были взвинчены, особенно Гу У. Вероятно, именно он был зачинщиком. Гу Ши выгнула бровь. Ничем насолить ему она не могла, почему же и он против нее ополчился?
Но Седьмая ошибалась, дело было вовсе не в ней.
– Гу Ши, – ласково сказал Гу Лян, и Седьмая сразу насторожилась: мед в голосе владык ада не предвещал ничего хорошего, уж она-то знала. – Ты еще не слышала новости? Мы нашли Великого!
Глаза Гу Ши широко раскрылись.
– Великого? – переспросила она, не веря своим ушам. – Великий нашелся? Где он?
– Хм… – кашлянул Гу У, – в том-то и дело, где…
– Расскажи ей все, что узнал, – велел Гу Лян, и Гу У рассказал.
В Пятый предел особым распоряжением Владыки сфер отправили душу грешника-небожителя. Гу У распоряжался такими – теми, кто утратил право на перерождение и обречен был на вечные муки в аду за грехи.
Надо заметить, не так уж и много было у Гу У «постояльцев»: чтобы попасть в Пятый предел ада, нужно было совершить немыслимые по своей чудовищности поступки.
Грешник-небожитель, которого прислали Гу У, был повинен в неоднократном нарушении Великого равновесия и прочих мерзостях, от которых даже у Гу У скулы свело, на что уж он был привычен к подобному. Список преступлений грешника-небожителя был таким длинным, что пришлось зачитывать его несколько адских часов. Удивительно даже: всего одна жалкая душонка, а столько бед натворила!
Этот грешник-небожитель был прежде Небесным императором и вел себя вызывающе, пока Гу У не объяснил ему, как в аду дела обстоят. Как быстро несколько сломанных костей меняют умы и настроения!
Гу У был так занят вразумлением неразумной душонки, что не сразу заметил прицепившуюся к ней остаточную ауру Великого. Это была крохотная ниточка, тоньше волоска и короче песчинки, но совершенно точно принадлежала Великому. Гу У и сейчас держал ее на ладони с таким пиететом, точно это была не ниточка, а отрубленный палец.
– И? – спросила Гу Ши. – Ты выяснил, где эта душонка подцепила ауру Великого?
Гу У сделал постное лицо:
– Нет. Он несет околесицу, а я не мастер в допросах. В моем пределе души не допрашивают, а пытают.
– Ясно, – сказала Седьмая и покривила губы в насмешливой улыбке. – И вы решили, что без меня не обойдетесь.
– Никто из нас не допрашивает души так умело, как Седьмая, – выдохнул Гу Лян. – К тому же ты женщина.
– А это здесь причем?
– Обольстишь его, он тебе все и расскажет.
– А почему бы тебе самому не вырядиться в женские тряпки, – прошипела Гу Ши, – и не задрать перед ним подол?
Лицо Гу Ляна вытянулось.
– Седьмая! – Тон его переменился, стал полным льда. – Ты обязана подчиняться моим приказам. Ты совершила проступок и была наказана. Неподчинение приказам тоже является проступком и подлежит наказанию.
– Точно, точно, – поддакнули остальные восемь владык.
