– Итак, Маои, ты всё обдумал? Если сейчас бросишь учёбу, потом возможности вернуться уже не будет, – после долгого молчания спросил отец, посмотрев на сына.
– Всё обдумал, давно уже. Брошу учебу, пусть сёстры учатся.
– Раз ты решил, я больше ничего не скажу. Однако если ты не пойдёшь в старшую школу, необязательно сразу начинать работать. Получи техническую специальность, мы с мамой ведь пока не гоним тебя на заработки. – Слова сына не удивили Хуан Чжунцзе.
А вот Маои и в голову не приходило, что отец может предложить нечто подобное – он ведь просто хотел облегчить бремя, что выпало на долю его семьи, и совершенно не планировал осваивать какую-то профессию.
– Скажи-ка, если б тебе пришлось сейчас выбирать, что бы ты хотел делать больше всего? – спросил Хуан Чжунцзе сына.
– Ремонтировать компьютеры или машины, – без запинки выпалил Маои, которому очень нравилось всё чинить, и у него неплохо получалось.
– Сын, с такими умениями ты сможешь твёрдо встать на ноги. В каждом деле – свои мастера! Что же, так тому и быть, не хочешь идти в старшую школу – не ходи. Решил учиться ремонтировать – учись. Но помни, как бы тяжело тебе ни было, это твой выбор, так что не сдавайся!
– Папа, не беспокойся, что бы я ни выбрал, я не сдамся!
Разговор Маои с родителями продолжался до глубокой ночи.
И вот первого сентября сестрички Цзюаньэр и Сюэр отправились в школу, а Маои, обняв на прощание родных и закинув за плечи дорожный мешок с пожитками, покинул дом. Вместе с двумя товарищами из школы он отправился в провинцию Гуандун искать работу в авторемонтных мастерских.
Вечером накануне его отъезда Сюэр впервые мучилась бессонницей. Была уже глубокая ночь, а ей по-прежнему не спалось. В голове назойливой мухой билась мысль: «Брат, я знаю, что ты едешь на заработки, чтобы дать нам возможность учиться. Обещаю, я буду слушаться папу, маму и сестру и не подведу тебя». Сюэр встала с постели, вырвала половинку листа из тетради и написала Маои эти слова. Подумав, она добавила: «Верю, что и там ты не станешь отлынивать и будешь прилежно трудиться». Она сунула эту записку в карман штанов, которые брат приготовил в дорогу, в надежде, что, сидя в поезде среди незнакомых людей, Маои обнаружит её и прочитает.
В тот самый день, когда Маои покинул дом с вещевым мешком на плечах, Сюэр разом повзрослела.
Часто по вечерам, вернувшись домой, девочка глядела на дорожку, что начиналась у их порога и потом вливалась в широкое шоссе, а уж оно вело дальше, в город. Перед её глазами всплывала худенькая фигурка подростка, исчезающая за поворотом. Ночами она часто думала: вот брат впервые покинул дом, но удалось ли ему найти работу? Тревога за Маои никогда не покидала Сюэр, как и воспоминания о том, что брат всегда оставлял им с сестрёнкой самый вкусный кусок. Как и о том, что он ушел на заработки, чтобы они смогли учиться.
На память о Маои Сюэр достался велосипед марки «Феникс» – отец купил его для сына довольно давно, малышке тогда ещё и года не исполнилось. И хотя велосипед был приобретён на рынке подержанных товаров всего за восемьдесят юаней, Маои гонял на нём так же быстро, как и другие ребята на своих новых великах. Всякий раз, когда «Феникс» ломался или у него слетала цепь, брат наблюдал, как отец переворачивает его и потихоньку чинит. Затем сообразительный и рукастый Маои тоже научился чинить велосипед. А ещё позже, если ломались домашний радиоприёмник или магнитола, с которой Сюэр учила английский, брат уже и их мог отремонтировать.
Не оттого ли, что Маои купили старый велосипед и ему часто выпадал шанс посмотреть, как отец его чинит, он решил учиться авторемонту? Может быть, и поэтому… Сюэр верила, что в провинции Гуандун её способного Маои обязательно возьмут на работу в автосалон, а поскольку он не глуп, то быстро всему научится и крепко встанет на ноги.
Вскоре пришла зима 1996 года.
Труд упорный – год урожайный, а весна к беднякам приходит рано. У отца троих детей Хуана Чжунцзе и зимой-то не было времени отдыхать, да вот опять пора ехать в Тяньян! На сей раз на рынок нужно было отвезти и там продать полную телегу батата. Но не успел Хуан Чжунцзе начать зазывать покупателей, как его внимание привлекли растяжки с рекламой службы в армии – повсюду виднелись надписи с иероглифами в сунском стиле[21], сделанные большой плоской кистью: «Пойдёшь в армию – прославишь всю семью!», «Не будет армии из народа – не будет ничего у народа!», «Повысим бдительность, защитим Родину!», «Каждый в ответе за судьбу страны!»
Агитационные растяжки были ярко-красными, и Хуан Чжунцзе, насмотревшись на них, исполнился воодушевления. Он будто бы забыл, что его сын уехал в Гуандун на заработки, что в авторемонтной мастерской придётся сначала ходить в подмастерьях, а в городе нужно время, чтобы получить работу и начать себя обеспечивать… Вернувшись домой, он заявил жене:
– Ведь и у нас в семье есть парень? Надо его вернуть, пусть идёт в армию!
После отцовского звонка в автомастерскую Маои уволился, собрал свои вещи и вернулся домой.