На последнем собрании в шестом классе Сюэр весело болтала и смеялась со своими одноклассниками, как вдруг неожиданно перед её внутренним взором всплыла робкая улыбка Лицюнь. И, сама не зная почему, девочка показала ребятам несколько слов на языке жестов. Посмотрев, одноклассники стали повторять за ней. Ловкие пальцы Сюэр беззвучными словами разожгли у ребят интерес к этому языку. Ощутив их поддержку, Сюэр растроганно улыбнулась и прослезилась. То были слёзы радости за подругу, у которой наконец-то появилась возможность учиться в школе. Пусть школа и совсем не такая, как у них, пусть, обретя множество школьных друзей, Лицюнь в итоге и забудет про Сюэр – она всё равно была рада за неё.
Если в безмолвном мире Лицюнь стали появляться пение птиц и жужжание насекомых, весеннее тепло и распускающиеся цветы, значит, будущее, которого она ждёт с такой надеждой, обязательно будет чудесным, а раз так, то и Сюэр счастлива.
А вот и двор школы, где учится старшая сестра Айцзюань.
В 2001 году здесь прошёл удивительный цветочный дождь. На тёплом ветру мириады маленьких розово-жёлтых и жёлто-зелёных цветков срывались с веток, танцевали и порхали в воздухе, опускались на волосы, плечи и туфли миловидной девушки.
В белой рубашке и короткой красной юбке Сюэр одна стояла у дорожки между корпусами начальных и средних классов, и на душе у неё была легкая печаль, как у цветка, покидающего ветку. Сестра окончила здешнюю среднюю школу и поступила в старшую, а здание, где она училась, скоро снесут! Когда Сюэр ходила в начальную школу, то не раз думала, что когда-нибудь тоже будет здесь учиться, но теперь этому не суждено сбыться. Наполненное цветочным ароматом трёхэтажное здание, увы, не станет родным для неё! Теперь оно принадлежит прошлому Сюэр и Цзюаньэр.
И всё, что здесь произошло, навсегда растворится в яростном вихре времени, как эти парящие на ветру лепестки… Сердце Сюэр сжалось от тоски.
Здания средней и начальной школ стояли бок о бок, и когда Цзюаньэр перешла в среднюю школу, Сюэр поступила во второй класс начальной. Старшая сетра переживала, что младшенькую будут обижать другие ребята из их школы и постоянно спрашивала её об этом.
– Тебя не обижали другие школьники? – был её обычный вопрос, когда девочки встречались на перемене.
– Нет, – всегда с улыбкой отвечала старшей сестре Сюэр.
А когда Цзюаньэр слишком донимала её расспросами, озорная младшенькая, хихикая, говорила:
– А если бы и да, я всё равно не сказала бы!
Сюэр вела себя беззаботно, всегда была весела и со всеми приветлива. Похоже, её и правда никто не обижал. Сколько Сюэр себя помнила, она всегда жила здесь, неподалеку, поэтому давно привыкла к местной среде. Обычно она хорошо ладила с товарищами по учёбе и, даже если что-то случалось, никогда не бегала жаловаться старшей сестре.
А вот у Цзюаньэр всё было иначе. Она пришла в фабричную школу с яркими воспоминаниями о горах Дашишань. Детям, росшим в горах, душой суждено быть чуть сложнее, полнее и богаче других. Благополучия уездному городу, конечно, не занимать: здесь много людей, машин, магазинов, заводов, товаров. Но красок мало. На взгляд Цзюаньэр, здешние дома из скреплённых цементом кирпичей и близко не такие красивые и тёплые, как деревянные и каменные дома в горах Дашишань. А ещё важнее, что в уездном городе нет сезонов, ясно отличающихся друг от друга красками, и ярких, звучных песен гор. Воспоминания Цзюаньэр о Дашишань сильно отличались от воспоминаний её родителей, трудившихся и не знавших отдыха. В её памяти остались не нищета и убогость их существования, а великолепие горных пейзажей, красочная смена времён года и звучащие, как сама природа, местные песни.
Цзюаньэр собственными глазами видела в горах Дашишань разноцветное море цветов, слушала пение птиц и гул насекомых – разве такое можно было позабыть? А ещё она вспоминала звучавшие под Новый год старинные горные песни о стародавних временах и героях.
К счастью, в школе, где она пошла в средние классы, росли высокие баньяны и приземистые миндали, а ещё два цеструма – любимцы всех учеников. Благодаря этим деревьям Цзюаньэр могла увидеть частичку красоты Дашишань, вдохнуть аромат родных гор.
Перейдя из начальных классов в средние, она с радостным удивлением обнаружила, что к ароматам, витающим во дворике начальных классов, здесь добавился еще один, густой – от цеструмов. Когда в жаркий день сидевшие в аудиториях дети вдыхали его, им становилось удивительно прохладно, они чувствовали необычайный прилив сил, а кроме того, из-за цеструмов к ним не лезли комары. Пахучие цеструмы сопровождали Цзюаньэр изо дня в день, пока её печаль от разлуки с горами Дашишань не растворилась без остатка и душа девочки не наполнилась стремлением в будущее.