Не поверите, от былой хмури и следа не осталось. Будто чудо-ластиком по лицу прошлись. Вот она, вся такая обаятельная и привлекательная, сидит и активно улыбается МОЕМУ Ромке. Ну, неудивительно, в этом вся Аллочка!
– Роман, – отвечает Беркутов, мазнув по блондинке равнодушным взглядом.
Начинаю понимать смысл выражения «бальзам на душу».
– О, какие вкусности! – Алла с утрированным интересом разглядывает пироги, упакованные в яркие коробки. – Плакала моя диета, Рома!
Я обнимаю Беркутова и закатываю глаза. Диета, как же! Ещё вчера она за обе щеки уплетала сливочные эклеры.
– Как пахнет… ммм! Это очень хорошая фирма, кстати, – произносит с видом знатока.
Уже и очки нацепить успела. Надо же!
– Так ешьте, пока горячее, – Ромка барабанит пальцами по коробке. – Расскажете потом про новинку: понравилась или нет, передам пожелания/жалобы матушке.
– А твоя мама – явно не повар, – глубокомысленно заключает Аллочка, прищуриваясь.
Прямо Миссис Марпл, ни дать ни взять.
Рома вопросительно изгибает бровь, а блондинка в ответ одаривает его своим фирменным горячим взглядом.
И вот тут происходит нечто странное и весьма для меня неожиданное: в груди я ощущаю резкое и неприятное покалывание, а в мозгу – ярое желание скрутить Шевцову в бараний рог.
Р – ревность, приятно познакомиться.
– Косвенные признаки, – Алла поясняет свой комментарий, расплываясь в широкой и совершенно неискренней улыбке.
Да-да, я помню «бесценные» советы от светской львицы: «Лисицына, всему тебя учить надо! Перво-наперво обращай внимание на детали. Телефон, часы, цепи, бумажник, бренд одежды и обуви, марка сигарет, автомобиль. Внутри автоматически должен срабатывать некий счётчик, который даёт ответ на простой вопрос: стоит завязывать знакомство с этим парнем или нет»…
Всё-то в её вселенной меряется деньгами. И, разумеется, через эту свою программу «хочу богатого жениха» Рому она тоже мысленно прокрутила.
– Надо поставить чайник, Алёнка, – подмигивает мне бодро.
ТО ЕСТЬ НАМЕКАЕТ НА ТО, ЧТО Я ДОЛЖНА ЭТИМ ЗАНЯТЬСЯ? Наглость – второе счастье.
Смотрю на неё, положив голову Беркутову на плечо, и думаю о том, насколько двуличными могут быть люди.
АЛЁНКА… Да она за весь день по имени ко мне ни разу не обратилась!
– До которого времени эта ваша инвентаризация? – недовольно спрашивает Рома, оценивая масштаб сего мероприятия.
– Пока не знаю. Часов до двенадцати точно. Ром, а Ульяна в машине, что ли?
– Не, она с моей матерью, – заявляет он невозмутимо.
Я смотрю на него во все глаза. Что это ещё за новости?
– Лисицына-младшая всю фабрику там на уши уже поставила, – смеётся он. – Несчастного Назара засыпала бесконечными вопросами. Рецепты выведывает, хитрюга, так что жди кулинарных подвигов.
Я улыбаюсь, представляя радостную Ульяну, скачущую по фабрике. Надеюсь, что она не мешает людям работать. Очень не хотелось бы создавать неприятности Марине Максимовне.
– Поеду заберу её. – Рома бросает взгляд на часы. – Ты как освободишься – сразу позвони мне, поняла?
– Хорошо…
Обнимаемся, и я коротко целую его в губы. Сама. Отчего-то захотелось продемонстрировать Аллочке, что парень, от которого у неё так лихорадочно заблестели глазки, не свободен от слова совсем.
– Я скучал, Лисица, – горячо шепчет он, задевая губами ухо.
Рома-Рома…
Острые мурашки бегут вдоль позвоночника, и я непроизвольно зажмуриваюсь. Слышать от него подобные слова всегда приятно. И да, я всё никак не могу привыкнуть к тому, что они адресованы именно мне…
– Приятного аппетита, девчонки!
– Так это ОН тебя каждый день забирает? – не пытаясь скрыть изумление в голосе, интересуется Шевцова, когда за Ромой закрывается дверь.
– Да, он, – достаю ножницы и перерезаю ленту. – Мы с Ромой встречаемся, Ал.
Повисает пауза, но недолгая, ибо Аллочка и обет молчания – понятия в принципе несовместимые.
– Ну что я могу сказать, неплохо ты устроилась, Лисицына! – проходится по мне оценивающим взглядом. – Вроде мышка мышкой, а как говорится, в тихом омуте…
Я пропускаю мимо ушей её колкую реплику и нелестное сравнение. Открываю коробку и молча наслаждаюсь дивными ароматами, исходящими от румяных пирогов.
Улица Большая Якиманка, Центральный Административный Округ. Вечер.
– И что мы здесь делаем? – интересуется Лисицына, когда я паркую автомобиль во дворе одного из многоэтажных домов.
Глушу двигатель и несколько секунд раздумываю на тему того, как бы помягче преподнести ей новость.
– Ром, – выжидающе на меня смотрит.
Конечно, она даже не догадывается, зачем я привёз её сюда.
– Алён, только давай договоримся, что ты не будешь трястись и нервничать.
Тааак… Кажется, моя фраза возымела обратный эффект: Лисица совершенно точно напряглась и насторожилась. Пугливо озирается по сторонам, словно ждёт от меня подставы.
– В общем, Алён… я нашёл твоего отца.
Уж лучше вот так, прямо в лоб, прелюдии придумывать – себе дороже.
– Что? – переспрашивает ошарашенно, будто не верит мне.
– Дюжев Вячеслав Игоревич, тысяча девятьсот восемьдесят третьего года рождения.
Сперва она почти не моргает, а потом вдруг начинает чаще дышать. Блин. Сюрпризы – явно не твоё, Ром.
