Женщина лет тридцати с приятным голосом улыбается Эйр и протягивает ее бумажник. Наверное, она оставила его на кассе. У женщины блестящие волосы ромашкового цвета, на глазах тени нежных оттенков. Она вполне могла бы сойти с обложки одного из модных журналов, которые выставлены на стенде у кассы. Поверх сливочно-белого костюма палантин из искусственного меха, имитирующего то ли песца, то ли зайца.
– Отрадно видеть, что не все еще превратились в веганов, – продолжает она, кивая с улыбкой в сторону шашлычков в контейнере Эйр.
– Да. Родители запрещали нам есть мясо, наверное, это стало для меня подростковым бунтом, – отвечает Эйр с неловкой улыбкой.
Она заталкивает в себя последний кусок и выкидывает контейнер в мусорное ведро. Потом распаковывает сэндвич.
– Подождите, – произносит женщина.
Она наклоняется вперед и перчаткой быстро счищает каплю соуса, упавшую Эйр на куртку. Пахнет от нее совсем как от той дамы, у которой Сесилия частенько воровала платки и аксессуары, чтобы расплатиться за наркоту. Запах въедался в ее одежду и волосы и не выветривался по несколько дней, особенно если она какое-то время носила платки, прежде чем сбыть их.
– Спасибо, – говорит Эйр.
Женщина улыбается.
– Бенджамин! – кричит она куда-то в сторону и резко оборачивается.
К ним подходит мальчик-подросток в громоздком желтом дождевике. В руке у него упаковка конфет. Сходство между женщиной и мальчиком невелико, но Эйр понимает, что это, должно быть, монструозный сынок этой красавицы. Может, дело в одинаковой пронзительности взгляда, несмотря на разный цвет глаз. В остальном между ними нет ничего общего. Он высокий, широкоплечий и упитанный. Ладони большие, округлые, похожи на два ковша. Настоящий гигант, но с какой-то детскостью во всем, а каждое его движение сопровождается чуть слышными вздохами. Эйр никак не может понять, откуда они берутся: то ли от соприкасающихся друг с другом при движении частей тела, то ли вылетают при дыхании из его широкого, чуть перекошенного рта.
Он протягивает матери упаковку конфет. Эйр замечает большое темное родимое пятно, протянувшееся у него над правым глазом до виска. Ее передергивает от отвращения. Она всегда с трудом переносила аномалии и на своей коже, и на коже других людей.
– Бенджамин, – повторяет женщина, – я же сказала, сегодня никаких конфет. Можешь взять сэндвич.
Он отдает ей пакетик.
– Я сюда идти не просился, – отвечает он на это обиженным тоном, после чего вытаскивает бутылку лимонада из стоящего рядом со столиком холодильника.
Женщина вздыхает и сдается.
– Давай быстрее.
Мальчик смотрит на нее с упрямым видом. А потом передразнивает неестественно высоким голоском: «Давай быстрее».
– Не делай так, – отвечает она. – Я же сказала, они попытаются найти для Джека новую, постоянную семью. Но до тех пор мы должны помогать ему и делать все, что в наших силах.
–
Женщина смотрит на нее с изумлением, и Эйр быстро распахивает кошелек и показывает ей свое удостоверение. Полицейский значок поблескивает в холодном свете ламп дневного освещения.
– Я только что была у Джека, – поясняет она. – Значит, это вас вызвали к нему в качестве патронатного родителя?
Женщина протягивает ей руку.
– Метте Линд. Как он?
– Сложно сказать. Завтра утром его посмотрит врач, психиатр.
– Мне позвонили из службы опеки. Но они ни слова не сказали о его самочувствии. Несчастное дитя.
Эйр замечает, что Бенджамин пристально смотрит на нее. Его большие глаза изучают ее лицо. Эйр улыбается ему, ответом становится вялая неуверенная улыбка. Мальчик опускает глаза и натыкается взглядом на пистолет. Он сглатывает и проводит рукой по волосам, так что ей снова становится заметно его большое родимое пятно. Темно-красное, живое, отталкивающее. Оно похоже на пульсирующий мускул, втиснутый в кожу. Гигантский кроваво-красный коготь, вцепившийся в его правый глаз.
– Вы сейчас снова пойдете к Джеку? – интересуется Метте.
– Да. Пойдемте вместе?
Когда они проходят мимо прилавка с конфетами, тот же подросток снова показывает Эйр средний палец. Он медленно размахивает им, нарочно провоцируя ее. Его дружки прыскают со смеху, когда он еще раз сплевывает в один из лотков с конфетами.
Метте немедленно выхватывает пакетик с конфетами из рук Бенджамина и отставляет в сторону.
– Вы не подождете меня здесь вместе с Бенджамином? – просит она. – Я знаю кое-кого из этих ребят, мы принимали их у себя.
Она подходит к подросткам и останавливается перед тем, который только что сдабривал конфеты своей слюной.
– Как дела у мамы, Робан? – спрашивает она его.
– Нормально, трахается как по часам, а вот вас недотрах замучил.
– Давай-ка ты пойдешь на кассу и расскажешь там, что сделал с конфетами, а потом заплатишь за те, что взял.
Робан ухмыляется.
– Что вы мне за это дадите?
Его дружки начинают нервно хихикать. Эйр косится на Бенджамина. Он уже весь извертелся и сжал один кулак. Она осторожно кладет ему руку на плечо. Он стряхивает ее и отодвигается на пару шагов в сторону.
