– Я попрошу Эдди позвонить твоей маме, чтобы она пересмотрела свои часы работы в отеле, – продолжает Метте, обращаясь к Робану. – Похоже, ей пора снова сократить нагрузку, чтобы получше присматривать за тобой.
– Вот уж не думал, что вы контачите со своим бывшим. Ну это, после того, как он оттрахал половину учительской у вашего психа в школе.
Метте делает глубокий сосредоточенный вдох. Робан мельком кидает взгляд на Бенджамина, с мерзкой ухмылкой кладет руку Метте на талию и резко притягивает ее к себе.
– Эй, слышь, а может, мы с тобой…
Она отталкивает его от себя, и одновременно с этим Бенджамин подается вперед. Он бы накинулся на Робана, если бы мать не схватила его за руку и не развернула лицом к себе.
– Не сейчас, – произносит она с ледяным спокойствием.
– Ну ты, фрик хренов, – Робан расплывается в улыбке, глядя на Бенджамина, – ты чего там придумал, насмерть меня забить собрался или еще чего?
Остальные смеются, стоя за его спиной.
– Ну тебя на хрен, надо было тогда еще в психиатричку позвонить, – продолжает он, – рассказать им, как ты меня до крови укусил, когда я твою мамашу рассмешил чутка, развеселил ее хоть раз в жизни, блин…
Бенджамин снова бросается на Робана, но Метте успевает ухватить его за воротник и оттащить в сторону. Эйр поражена тем, какая она сильная, ведь Бенджамин не просто высокий, он вообще довольно крупный. Метте толкает его перед собой по направлению к выходу, Эйр бежит за ними следом. Добравшись до лифтов в центральном холле больницы, Метте кладет руку ему на плечо.
– Что имел в виду Робан, когда сказал, что ты его
Бенджамин что-то бормочет.
– Эй! Ты меня слушаешь?
Эйр нажимает кнопку лифта. Бенджамин продолжает бормотать что-то, Метте делает шаг вперед и тянется к нему в попытке разобрать, что он говорит.
– Я тебя не слышу. А ну-ка отвечай. О чем таком он говорил, когда сказал, что ты его у
– Да пошли все на хрен! – вопит Бенджамин ей прямо в ухо.
Она отскакивает, потом заискивающе улыбается Эйр. В воздухе повисает ощущение неловкости. Щеки у Бенджамина побледнели. Видно, что он погружен в собственные мысли.
– Я этому козлу башку оторву, – шипит он. – Я им всем башку оторву…
Наверху, в отделении, Эйр подводит Метте к Санне и представляет их друг другу.
– Как там Джек? – взволнованно спрашивает Метте. – С кем из врачей я могу поговорить?
– Думаю, вам надо подождать, пока кто-то придет, – отвечает ей Санна. – У него совсем недавно был припадок или что-то вроде того. Сейчас он стабилен. Но пока что никому нельзя видеться с ним, не побеседовав предварительно с врачом, и заходить в палату можно только по одному.
– А Инес Будин? Она где?
– Кто? – переспрашивает Санна.
– Социальный работник, она отвечает за Джека.
– Ах да, она была тут и ждала вас и врача, но теперь ее попросили посидеть с Джеком. Чтобы рядом было знакомое лицо, если он очнется.
Метте оборачивается в сторону палаты Джека. Санна мягко кладет руку ей на плечо, останавливая ее порыв войти внутрь.
– Входить можно строго по одному, я вам уже говорила. У вас что-то срочное к Инес Будин?
Метте отрицательно мотает головой.
– Нет, может подождать до завтра.
– Вы будете здесь завтра утром? – уточняет Санна.
– Да, с самого утра, как только разрешат войти.
– Хорошо. В девять у него встреча с психиатром. После нее, если его состояние улучшится, я бы хотела, чтобы с ним побеседовал наш дознаватель, который работает с детьми. Он попробует выяснить, может ли Джек описать преступника или нарисовать. Конечно, если он что-то видел на месте преступления. И это, разумеется, зависит от того, насколько Джек будет готов к этому.
– Но ведь еще слишком рано для такого, – восклицает Метте. – У него же шок, верно? Неужели вы заставите его пройти через это так скоро?
– Как я уже сказала, все будет проходит в предельно безопасной форме, его будет опрашивать опытный следователь, который умеет работать с детьми, оказавшимися в неблагополучной ситуации. При этом будут присутствовать врач из отделения детско-юношеской психиатрии, прокурор и его юридический защитник. Но только если лечащий врач даст нам согласие на это. И сам Джек, разумеется, тоже.
Во взгляде Метте читаются тревога и желание возразить.
– Простите, но что вы вообще здесь делаете? Вы разве не должны сейчас быть очень заняты опросом соседей и еще я не знаю чем?
– Работа на месте преступления ведется полным ходом, – спокойно отвечает ей Санна.
Метте кивает, некоторое время она колеблется, а потом произносит сдавленным голосом:
– Мне почти ничего не сказали, когда позвонили из службы опеки…
– К сожалению, пока что мы не можем сказать большего, – отвечает Санна.
– Но… убийство… Просто это так ужасно. Я видела в новостях про убийство в Сёдра Виллурна, оно ведь никак не связано с этим?
В ее взгляде читается заинтересованность, но она продиктована не злым умыслом или праздным любопытством, а скорее заботой о Джеке.
– Насколько хорошо вы были знакомы с Ребеккой Абрахамссон? – задает встречный вопрос Санна.
