– Не знаю. Думаю, их использовали, когда тут шла охота. Но это давно было. С тех пор они просто лежали тут, насколько я знаю. Это же собственность краеведческого общества, ты сама сказала.
Санна достает фото ножа, который нашли у дома Роозов. Показывает его Вильготу. Он морщит лоб, потом кивает:
– Да, точно. Это один из них. Где вы его нашли?
– Ты уверен?
Он твердо кивает в ответ.
Санна жестом зовет Эйр последовать за ней, потом исчезает в сарайчике. Внутри темно и пусто. Пол здесь земляной, в одном углу старый очаг из известняка.
– Они вон там висели, там было что-то вроде сумки, – говорит Вильгот, указывая на стену у окна. – В ней было штук шесть или семь ножей, кажется.
Санна подходит к гвоздю, на котором висела сумка, и медленно протягивает к нему руку. Она не касается гвоздя, рука застывает в воздухе, словно повторяя действия преступника за секунду до того, как он снял сумку со стены.
– Нам нужно прислать сюда команду криминалистов, – говорит она.
Вильгот вскидывает брови.
– Криминалистов? Даже так?
Она кивает.
– Может, поднимемся в дом, выпьем кофе? – предлагает он.
– Нет, спасибо. Мы с Эйр останемся здесь до прибытия криминалистов.
Когда они снова выходят на ветер, Вильгот широко раскрывает дверь и подпирает ее камнем.
– Мне нужно обратно, запереть дом – ветер слишком сильный, – поясняет он. – Вы не против, если я принесу кофе сюда?
У Эйр появляется ощущение, что он не хочет оставлять их одних у этих хижин. Она, прищурившись, смотрит на Санну, которая ничего не говорит в ответ, просто коротко кивает, а потом отходит в сторону, чтобы позвонить Экену и Суддену.
– Вы тоже любите черный и обжигающе горячий кофе? – уточняет Вильгот у Эйр. Он переводит взгляд с Санны на вереницу домиков.
– Меня устроит просто стакан воды, – отвечает Эйр.
Священник задерживает взгляд на Санне.
– Она скоро освободится, – говорит Эйр, – если вы хотели поговорить с ней, прежде чем вернуться в дом.
Он вздыхает.
– Как она, по-вашему?
– Кто ж знает.
– Ее сыну на днях должно было исполниться пятнадцать.
– Я слышала. Вы его знали?
Мужчина кивает.
– Он часто бывал у меня, в церкви, и даже здесь, внизу, играл тут.
Эйр почти видит эту картину: ребенок бегает повсюду, между сарайчиков, вдоль берега, играет в одиночестве. Кажется, что дом, где свирепствовал страшный пожар, так далеко отсюда. Мягкая травка покрывает бугристую землю. Море вскипает у берега. Вальдшнепы расхаживают на мелководье. Чуть в отдалении волны нежно омывают большой обломок известнякового камня, очертаниями напоминающий человеческое лицо. Как раз такой мир и может безраздельно принадлежать ребенку.
Пару часов спустя Судден упаковывает свое снаряжение.
– Вид у тебя очень уставший, – он кладет руку Санне на плечо. – Справляешься?
Она не знает, что на это ответить, у нее никогда и мысли не возникало, что у нее есть какой-то другой вариант.
– Эй? – он ждет от нее ответа.
Она бросает взгляд на море, зажмуривается и подставляет лицо холодному ветру.
– Несколько раз в день я слышу голос у себя в голове, – произносит она. – Знаешь, что он мне нашептывает?
Он качает головой.
– Что я ни на что не гожусь. Что у меня ничего нет, кроме вот этого, кроме моей работы. Но это дело… он нашептывает, что я его не распутаю.
– Тебе нужно перестать бороться с самой собой.
Она открывает глаза.
– Я этого и не делаю. Я борюсь
Когда Судден уходит вверх по склону, она присаживается на скамейку рядом с сарайчиком поновее, кто-то сколотил ее из прибитых к берегу морем кусков древесины. Санна прислоняется спиной к стене домика, упирается головой в низенькое окошко, шее сразу становится холодно, но она не обращает на это внимания. Она расслабилась, вокруг тишина и покой.
Эйр неторопливо спускается вниз по склону, за ней следует Вильгот.
– Ну что, возвращаемся в цивилизованный мир? – кричит она.
Санна демонстративно закрывает глаза.
– Ну же, – продолжает кричать Эйр, – вставай! Я поведу.
Обувь Эйр издает чавкающий звук при каждом шаге. Санна думает, что она, должно быть, уже окончательно промочила свои старые кеды.
– Эй, ну поехали, а то… – Эйр вдруг замолкает. –
Санна открывает глаза. Эйр уставилась на что-то в окне за ее спиной.
Санна вскакивает с громко скрипнувшей скамейки. Она осторожно поворачивается и сначала видит лишь собственное отражение в оконном стекле. Когда взгляд наконец проникает сквозь эту пелену, она различает то, что находится за стеклом. Наполовину скрытая занавеской, там сидит плотно спеленатая в черно-коричневые куски ткани фигурка.
Одной щекой она прижимается к стеклу и мертво пялится на них. Красные глаза, грубые черты лица. Удлиненная лысая голова на мощной шее.
В ушах у Санны раздается крик Эрика из снов, он захлестывает ее. Она видит сына, видит, как он кричит снова и снова. Тряпичная кукла.
– Исчезни! Возвращайся обратно в зеркало!
Звук захлопывающейся двери спальни, а потом языки пламени, которые прорываются сквозь нее.
