– Да… – Он качает головой, вздыхая. – Ты тупой ублюдок. Ты, чего, девственности ее лишил?
– Нет-нет. Ну, вообще, она и правда сделала мне что-то вроде предложения. Спросила, не заинтересован ли я в летнем романе. Но я сказал «нет».
Эван приподнимает бровь.
– С каких это пор ты отвергаешь подобные предложения?
– Мак меня образумила, – признаю я. – И когда я посмотрел на это под другим углом, то понял, что идея идиотская. Кэсси не произвела на меня впечатления девушки, которую устроил бы только секс. Я не хочу причинять ей боль.
– Беспокоишься, что она в тебя влюбится, да?
– Типа того. Ты помнишь, что случилось в старших классах с Линдси Герлах?
– Я почти уверен, что весь наш выпускной класс помнит, – сухо говорит Эван. – Что там ее друзья написали баллончиком на твоем шкафчике? Тупой мудак?
– Эгоистичный придурок, – поправляю я. – Меня называли и похуже.
Я тянусь за своим бокалом.
– Короче, мне не хотелось, чтобы Кэсси влюбилась. А теперь мы становимся хорошими друзьями, и, честно говоря, я вроде как усвоил урок, когда в последний раз мутил с подругой.
Мы с Аланой даже не разговаривали с тех пор, как она покончила с нашими отношениями. Какой-то неловкости между нами вроде как не возникло, но, вероятно, это потому, что в июле я почти не посещал вечеринок, и мы редко виделись. Я был слишком занят работой. И все же мысль о том, что я могу испортить свою дружбу с Кэсси, выводит меня из себя. Я не хочу ее терять. Мне будет не хватать общения с ней.
– Но… – добавляю я.
Эван усмехается.
– Всегда есть «но».
– Прошлой ночью у нас типа был момент…
– Конечно был. Что вы делали? Целовались?
– Не, секс по телефону. – Я опускаю детали, особенно элемент с окном. Ему не нужно всего этого знать. – Но да… в ту ночь эта тема с девственностью всплывала пару раз, и теперь я не могу перестать думать об этом.
– О чем? Как сорвешь ее вишенку?
– Да, – издаю я стон, а затем залпом выпиваю почти половину своего пива. Эту мысль так трудно сформулировать. То есть я же смотрел порно. И уверен, что в некоторых порнофильмах фигурировали девственницы, но сам жанр – порно с девственницами – не мой конек. Я предпочитаю опытных женщин. Мне нравятся те, которые знают, что делать с мужским телом.
И все же мысль о том, что я буду первым парнем Кэсси, приводит меня в неистовство. Интересно, стоит ли за этим некая антропологическая причина? Какой-то рецессивный инстинкт пещерного человека, первобытное побуждение, подкрепленное наукой. За исключением того, что этого желания никогда раньше во мне не было.
Мне приходит в голову другая возможность. Может быть, вовсе не тот факт, что она девственница, заставляет меня желать ее на таком глубоком уровне. Может, это потому, что она красивая и забавная и с ней так чертовски легко быть рядом.
Может, она… просто мне нравится.
Вот дерьмо.
– Но я знаю, что это не очень хорошая идея. Слишком много давления. Мне ведь оно не нужно, верно?
– Господи, нет. Быть у женщины первым – хуже всего. Ты в буквальном смысле станешь тем, кого она запомнит на всю оставшуюся жизнь. Но какими будут последствия? В лучшем случае она вознесет тебя на пьедестал, потому что ты потряс ее мир. Но другой вероятный сценарий? Она будет нервничать, этим заставит нервничать и тебя, а потом ты испортишь ей впечатление, поскольку вам обоим станет не по себе. Либо так, либо ты кончишь слишком быстро из-за того, что она будет чертовски тугой… – Эван резко обрывает себя. – Кстати о быстроте.
Наша официантка возвращается с блюдом крылышек.
– Хочу ли я вообще знать, о чем вы тут болтаете? – вежливо спрашивает Николь.
Эван моргает.
– Нет.
Я невинно улыбаюсь.
– Ничего такого.
– Почему у меня чувство, будто вы замышляете что-то недоброе? – Ее прищуренные глаза переходят с меня на него.
– Кто, мы? Да мы же просто святые, – говорит Эван. – Ты и сама знаешь.
– Ага, конечно. – Фыркнув, она ставит перед ним куриные крылышки и уходит.
Эван, не теряя времени, придвигает тарелку поближе и берет крылышко, пропитанное соусом.
– Итак, теперь, когда мы выяснили, что у тебя есть склонность к лишению девушек девственности, – говорит он между укусами. – Что ты собираешься с этим делать?
– Ничего, – мрачно отвечаю я.
– Ничего? – эхом отзывается он. – Ну, это совсем не весело. – Эван вытирает подбородок салфеткой, затем выскальзывает из кабинки. – Сейчас вернусь. Надо отлить.
Его нет всего минуту, и тут возвращается Николь, проверить, как у нас дела. Она смотрит на пустое место Эвана.
– Где Хартли? Кинул тебя?
– Не, сейчас вернется.
– Жаль. Моя смена почти закончена. – Одна бровь приподнимается. – Я бы составила тебе компанию.
Хм. Это интересно. Мы с Николь почти не общались, но я замечал ее и не могу отрицать – мне всегда нравилось то, что я вижу. Высокая. Подтянутая. Пухлые губы и темные волосы до плеч.
– Думаю, можно перенести на следующий раз, – беспечно говорю я.
– Да? Как насчет пятницы?
– Ты приглашаешь меня на свидание, Ник?
– Что-то в этом роде. Я много лет за тобой наблюдаю. – Она поджимает свои полные, красные губы. – Может, пришло время нам узнать друг друга получше.
