Девочка на лето полностью

Присоединяюсь к ним за столом, и мой собственный телефон оживает, как только я сажусь. Вглядываюсь в него, во мне танцует предвкушение, когда я замечаю строку темы электронного письма.

– Ура! Мне прислали цифровое подтверждение! – говорю я бабушке.

Мама поднимает глаза и спрашивает:

– Какое подтверждение?

И в этот момент я вспоминаю, что не рассказала ей о своем погружении в мир авторства детских книг. И вообще-то даже не планировала.

Но теперь уже слишком поздно.

– О, ничего особенного, – говорю я, преуменьшая важность проекта. – Я сделала небольшую иллюстрированную книжку для Роксаны и Моник. Ну, знаешь, на их день рождения. – Я пожимаю плечами. – Милый жест. Я написала рассказ и попросила Робба сделать иллюстрации…

Дерьмо.

Что, черт возьми, со мной не так? Два из двух, тупица.

– Робб? – Мама явно недовольна. – Робб Шеффилд?

– Да. – Я отрываю кусочек от круассана и отправляю его в рот. Может быть, если я буду жевать, она перестанет меня расспрашивать.

– Я и не знала, что вы двое поддерживаете связь.

– О, да. Иногда.

– Иногда, – вторит она.

– Угу. – Я жую очень медленно. – Мы время от времени обмениваемся сообщениями в социальных сетях, просто узнаем, как дела.

Она берет свою кофейную чашку, ее губы поджимаются.

– Ты знаешь, что я чувствую по этому поводу, Кэсси.

Что ж, чертовски плохо. Ты не можешь подарить мне сводного брата на пять лет, а потом ожидать, что я никогда больше с ним не заговорю только потому, что ты снова развелась.

Но этого я вслух не говорю.

Хотя, честно говоря, мне искренне нравился мужчина, за которого мама повторно вышла замуж. Стюарт Шеффилд. Неприлично богатый, конечно. Еще бы, с таким-то именем. Стю был серьезнее моего отца и строже, но все же оставался добрым. Жаль, что он повелся на мамину игру в стиле «Мисс Конгениальность», но я его за это не виню. Она очень искусна в очаровании людей. И поскольку мир вращается только вокруг нее, в тот момент, когда она решила, будто Стю и Робба не существует, ожидалось, что я последую ее примеру.

– Ничего такого, – повторяю я. – Не то чтобы мы с Роббом вместе отдыхали в Хэмптоне. Я просто попросила его сделать для меня пару иллюстраций.

– И что же, ты теперь пишешь детские книжки? – В ее голосе слышится раздражение. – На это пойдет мой большой, шикарный чек за обучение в колледже?

– Это просто подарок на день рождения. Близняшкам нравятся сказки на ночь, которые я сочиняю для них. Папа предложил мне сделать книгу из одной такой сказки.

– Конечно, предложил.

Я стискиваю зубы, затем заставляю себя ослабить напряжение в челюсти. Но оно тут же возвращается, едва мама хладнокровно спрашивает:

– И что же медсестричка твоего отца планирует на этот праздник?

– Виктория, – осаждает ее бабушка.

– Что?

Она приподнимает бровь.

– Я думала, что привила тебе лучшие манеры.

– Серьезно, мама? Ты на стороне трофейной женушки Клейтона?

Я подавляю смешок, потому что Ния больше остальных не похожа на трофейную жену. Ния не заботится ни об имидже, ни о деньгах, ни об одежде, ни о статусе. В ней есть все, чего нет в моей матери.

– Днем у близняшек будет вечеринка, – говорю я, игнорируя колкость в адрес Нии. – Там будут все их друзья. А потом мы ужинаем, впятером. – Затем, поскольку я предвижу язвительный комментарий по поводу того, что ее не пригласили на знаменательный двадцать первый день рождения ее собственной дочери, добавляю: – Мы с тобой все равно поедем в Чарльстон на этих выходных, да? Проведем там все воскресенье? Я так взволнована.

Упоминание о ней любимой возымело желаемый эффект. Мама тепло улыбается.

– Я тоже с нетерпением этого жду. – Она встает со стула. – Что ж. У нас примерка через час, и я бы хотела приехать немного пораньше. Ты будешь готова после завтрака?

– Ага.

– Ладно, отлично. Мне нужно позвонить перед уходом. – Она неторопливо выходит из кухни.

Я не знаю почему, но у меня такое чувство, что она собирается позвонить моему бывшему отчиму, чтобы пожаловаться на наше с Роббом общение.

И, кстати об этом… Я быстро нажимаю на электронное письмо и открываю вложение.

– Дай мне тоже посмотреть, – настаивает бабушка, поэтому я придвигаю свой стул поближе к ее, и мы вместе восхищаемся конечным продуктом. – О, Кэсси, ты проделала потрясающую работу.

– Это была командная работа.

Я не скромничаю – так оно и было на самом деле. Я написала эту историю. Робб сделал иллюстрации. А Пейтон, работающая в фирме графического дизайна в Бостоне, собрала макет, который я ей отправила.

Я увеличиваю изображение на экране двумя пальцами. Творческая интерпретация Кита-дракона замечательна. Каким-то образом Робб нашел идеальный баланс между пугающим и милым. Он воплотил Кита в жизнь.

– Робб такой талантливый, – поражаюсь я. – Они выглядят как настоящие, скажи?

– Они и есть настоящие. Ты создала их, дорогая.

– Знаю, но теперь я реально могу их видеть. Это так круто.

Я чувствую себя вдохновленной.