– Тебе стоит потише ворчать, Венера, а то твой брат может подумать, что мы играем в извращенный теннис.
Я с удовольствием играю роль извращенца, если это помогает ей не нервничать.
С Джеем дело обстоит так: все смотрят на него и думают, что он такой замечательный парень. Бог свидетель, меня сравнивали с ним достаточно раз, чтобы понять, что я белая ворона в семье, и мой отец, если бы мог, определенно обменял бы меня на другого такого же. Однако мне нравится думать, что люди скоро увидят его таким, какой он есть, – слабым и манипулятором.
Это довольно грубые слова для описания человека, с которым ты породнился из-за брака родителей, человека, которого ты когда-то считал лучшим другом, но, по правде говоря, после того, как он обращался с Тессой и как он позволил Николь обращаться с Тессой, я покончил с этим парнем.
Он из тех, кто не против помыкать девушкой до тех пор, пока это тешит его самолюбие. Чем больше я думаю о том, как он плохо обращался с Тессой и пользовался ее чувствами к нему, тем больше я думаю о непредумышленном убийстве. Вот почему, когда я вижу, как он разговаривает с ней в коридоре школы, мне приходится сопротивляться желанию повалить его на землю. Вместо этого я непринужденно подхожу к ним и не очень деликатно предупреждаю его, чтобы он отстал. Я кладу руку на плечи Тессы и притягиваю ее к своей груди.
– Вот ты где, Тесси, я везде тебя искал, – говорю я, взъерошивая ее волосы.
Она тут же сопротивляется – боец, каковым она и является – и пихает меня локтем, прежде чем попытаться поправить волосы. Я не могу не рассмеяться над разницей между тем, как она ведет себя перед Джеем, вся такая серьезная и убитая горем, и тем, какой она становится передо мной.
– Ах, кексик, ты всегда такая ласковая.
Я возвращаю свою руку на ее плечо, когда она пытается напасть на меня, топнув ногой.
– Отпусти меня, болван! Во имя твоих яиц размером с горошину, я говорю, освободи меня!
За этим оскорбительным и совершенно неправдивым заявлением следует болезненный топот по моей ноге, гораздо более сильный, достаточный, чтобы заставить меня вздрогнуть и дать Тессе возможность ускользнуть.
– Скажу тебе вот что, мои яйца не размером с горошину! – протестую я.
– Не важно, считай, как хочешь, если тебе так крепче спится ночью.
Она смотрит на меня и немного отступает назад, словно ожидая, что я наброшусь на нее; уголок моего рта дергается от того, как она смешна. Но момент был испорчен Джеем конечно же.
Он прочищает горло, и я удивляюсь, насколько сердитым он выглядит, когда его глаза переходят с Тессы на меня. Я не удивлен его реакцией, он всегда был ревнивым мудаком, но я зол, потому что у этого мудака нет причин реагировать так, как он реагирует. Он не должен думать, что у него есть какое-то право собственности на Тессу, и она не должна беспокоиться о том, что он думает или чувствует.
Но я знаю, что это так, и это убивает меня.
– Разве у тебя нет занятий, Джей-Джей?
Чем быстрее он уйдет, тем быстрее я смогу сделать так, чтобы Тесса забыла о его существовании, а это немного сложно, если он постоянно обнюхивает ее, как влюбленный щенок.
– Да. Вообще-то у нас с Тессой один и тот же предмет, так что я надеялся, что мы сможем пойти вместе.
Ага, только не в твоих диких, диких, диких фантазиях, придурок.
– Не получится, она идет со мной.
– Идет?
Ты чертовски прав. Я не доверяю ему рядом с ней сейчас, не тогда, когда знаю, что он бесполезен, если дело доходит до защиты ее от того ада, который Николь планирует на нее обрушить.
– Я знаю, что ты не сделала домашнее задание вчера вечером из-за меня, поэтому я освободил нас от уроков, очаровав секретаршу директора, чтобы она разрешила нам сделать дурацкую волонтерскую работу в комнате аудио– и видеотехники.
– Вы двое были вместе прошлой ночью?
У него хватает наглости звучать уязвленным, но это его уловка. Он хочет, чтобы Тесса пожалела его, чтобы она выбрала его вместо меня и подтвердила его веру в то, что он все еще держит ее в руках, но все должно измениться, начиная с сегодняшнего дня.
– Мы были, а теперь нам действительно нужно идти. Нам нужно упорядочить DVD-диски и распутать провода.
Я не даю Тессе шанса ответить, я просто направляю ее в сторону аудио– и видеокомнаты и пытаюсь игнорировать ревность, когда она все еще поворачивается и бросает последний затяжной взгляд в сторону Джея.
Я не могу остановить себя, чтобы не сказать ей:
– Он того не стоит.
Она тиха и задумчива, как будто все еще не оправилась от боли при виде Джея. Я хочу сказать ей, что Джей не стоит и унции ее чувств, и, возможно, если она отпустит свою детскую влюбленность, она увидит его таким, какой он есть на самом деле. Но сейчас это было бы слишком. Я не могу быть слишком честным, слишком уязвимым, потому что ей будет легко отвергнуть меня. Поэтому я использую свой фирменный образ зрелости, который она так любит.
– Поверь, ты влюбилась в более уродливого брата. Могу поспорить, что размер у него меньше…
В этот момент ко мне возвращается вздорная Тесси и закрывает мне рот рукой.
