– Подожди, – окликает он, и я понимаю, что он идет за мной, пока я убегаю. Проходит совсем немного времени, пока он не догоняет и не тянет меня назад. Его пальцы обвиваются вокруг моего предплечья, и он смотрит на меня с растерянностью на лице. Я отказываюсь встретиться с ним взглядом и прикусываю язык. Я не уверена в том, что смогу промолчать, не накричать на него и не рассказать ему, как он меня обидел.
– Что случилось? Почему ты со мной не разговариваешь?
Я открываю рот, но он прерывает меня:
– Это из-за того, что я сказал о тебе и Коуле? Слушай, мне очень жаль, правда жаль. Я увидел вас в бассейне и не знаю, почему я просто взорвался.
– Джей, я…
– Мне так жаль, Тесса. Я идиот, я знаю это. Мы можем просто начать сначала?
– Ты правильно понял, что ты идиот.
От ленивого голоса Коула волосы у меня на затылке встали дыбом. Я знаю, что он прямо позади меня, потому что я чувствую его дыхание, обдувающее мой затылок.
Лицо Джея застывает, когда он смотрит на своего сводного брата, но он остается на месте, рядом со мной. Его пальцы сжимаются вокруг моей руки до такой степени, что мне становится больно, и я вздрагиваю.
– Значит, вы здесь вместе.
– А ты беспечный мудак. Теперь, когда мы закончили констатировать очевидное, ты можешь отпустить ее.
У меня мурашки бегут по коже, когда я слышу его голос. Я смотрю на Джея так, будто у него выросла вторая голова. С каких это пор он стал таким наглым?
Коул с насмешкой говорит:
– Поверь мне, сейчас она может предпочесть мое отцовское поведение твоему лицу.
Глаза Джея переходят на мои, словно ожидая, что я опровергну слова Коула, но я не могу заставить себя сделать это. Его лицо опускается в разочаровании, пока я молчу. Мне больно осознавать, что я причиняю Джею Стоуну боль, но он не должен был так оскорблять моего брата или молча стоять в стороне в течение многих лет, позволяя своей девушке издеваться надо мной.
– Я понял. Прости, что прервал то, чем вы двое занимаетесь.
– Это не… – начинаю я, но он не слушает меня, а смотрит на Коула.
Я высвобождаюсь из его хватки, и Коул притягивает меня к себе, обхватывая меня защитным жестом.
– Тебе не нужно ничего объяснять. Я знаю, когда я не нужен, теперь он у тебя есть.
Почему он говорит так, будто я здесь плохой парень? Почему его это так волнует? Он оборонительно поднимает руки и отступает от нас.
– Помни, Тесса, когда он облажается и причинит тебе боль, я все равно буду рядом.
Он разворачивается и уходит от нас, оставляя меня стоять на месте в полном недоумении. Что только что произошло?
– Забудь о нем, он действительно идиот.
Коул хватает меня за руку и ведет в другие магазины, в которые я хотела зайти, но все, о чем я могу думать, это прощальные слова Джея. Есть ли в них хоть доля правды?
Это риторический вопрос?
Бет – девушка многогранная. Она жесткая, уверенная в себе, общительная, не терпящая возражений и немного панк-рокерша. Но вот кем я ее не считала, так это человеком, который интересуется моей личной жизнью не меньше, чем весь город в данный момент. Бет, моя совершенно здравомыслящая, хотя и немного не в себе, подруга начинает меня пугать своим постоянным выражением абсолютного изумления на лице. Мне немного не по себе, когда ее глаза с подводкой смотрят на меня вот так, особенно в ответ на то, что я ей сказала.
– Ты идешь на благотворительный вечер?
– Да.
– Ты участвуешь в этом унизительном конкурсе?
Я сокрушаюсь по поводу ее слов, но все же повторяю то, что уже сказала.
– Коул – твой партнер?
Я киваю, и она вздыхает:
– Я знала, что однажды потеряю тебя из-за истеблишмента. Я могла представить себе Меган, которая могла бы провернуть такое со мной, но ты, Тесса? Я просто разочарована.
– Да ладно, нет никакого истеблишмента. Моя мама шантажом заставила меня участвовать, и я должна пойти на вечер, мой папа – мэр.
– Детали, детали.
Она отклоняет мое опровержение щелчком руки и собирает свои учебники из шкафчика. Мы идем бок о бок на урок и еще час наблюдаем, как мисс Санчес атакуют бумажными шариками.
– Но я всегда ходила на гала-концерт, с самого детства. Почему ты злишься?
– Я не злюсь, – снова вздохнула она. – Просто последние два года ты была единственной, с кем я могла испортить эту дурацкую традицию. Помнишь, как мы всегда ускользали на середине выступления твоего отца?
Я улыбаюсь, вспоминая хорошие времена.
– В этом году все по-другому. Я чувствую, что моя семья наконец-то собралась вместе, и я хочу, чтобы все получилось, – отвечаю я, прижимая свои книги к груди, когда меня толкает кто-то, очень похожий на одного из приспешников Николь.
– Осторожнее, ты, тупица, – кричит Бет через плечо, а затем качает головой, – у меня плохое предчувствие по поводу всего этого. Николь не обрадуется твоему участию. Бог знает, как отчаянно она хочет выиграть это дело.
– Хотя, – продолжает она, не дав мне сказать ни слова, чтобы развеять ее беспокойство, – если ты победишь ее, это может все изменить.
