Я думаю что-то вроде: «Это шлюха, шлюха покруче и самая большая шлюха», но лучше не думать об этом. Она злится, вероятно, у нее отходняк после всех издевательств, которые ей пришлось пережить.
– Мы уже уходим, – заикается Меган и начинает собирать косметику, разбросанную по всей стойке.
Прежде чем ей это удается, Марси, правая рука Николь, берет крошечный флакончик духов, который Меган всегда хранит у себя, и выпускает его из пальцев. Он падает на пол и разбивается вдребезги. Стеклянный флакон много значит для Меган, бабушка и дедушка присылают его ей из Франции каждый год на день рождения.
– Упс, – говорит она, но и слепому было бы ясно, что она ни о чем не сожалеет.
Во мне начинает нарастать ярость, когда я вижу, как дрожит нижняя губа моей лучшей подруги и как злобно улыбается Марси.
– Не надо, – предупреждаю я, делая шаг навстречу Меган.
На лице Николь на секунду появляется удивление, но затем оно сменяется усмешкой.
– Или что, Тесси? Ты побежишь к Коулу и будешь плакать? Неужели ты настолько тупоголовая, что не видишь, как он устал от тебя? Все знают, что он считал тебя легкой добычей, но очевидно, что он ничего не получает.
– Прекрати, Николь.
– Может быть, я ошибаюсь, может быть, у вас есть секс. Поэтому он еще не избавился от тебя? Ты научилась каким-то новым штучкам?
– Но почему он хочет переспать с ней? – прошипела другая фаворитка, Кенна, своим гнусавым тоном. – Она такая же привлекательная, как моя шестидесятилетняя домработница: плоская грудь, гигантская задница и обрубленные ноги. Да, она такая же.
Мои глаза начинают слезиться, но Меган успокаивающе кладет руку мне на плечо. Я знаю, что она хочет сказать, она не хочет, чтобы я реагировала. Она боится, что я могу сделать что-то необдуманное и попасть в беду. Осторожность – это все, чем я всегда отличаюсь, не так ли?
Смахнув слезы, я расправляю плечи и смотрю Николь прямо в глаза:
– Тебе стоит попросить свою собачку заткнуться прямо сейчас.
И снова она ошеломлена. Мне нравится видеть шок на ее лице, приятно сознавать, что она знает меня не так хорошо, как думает.
– Почему это? Неужели мы задели ваши чувства? – хихикает она, положив руку на бедро и отказываясь отступать.
Я вежливо улыбаюсь им, как делаю это уже почти неделю или около того.
– Не мои, мне все равно. Но видишь ли, моя мама слишком заботится о своих детях, а ее ребенок может пострадать.
Все трое начинают хихикать и смотрят на меня так, будто я грязь, прилипшая к подошве их дизайнерских туфель.
– Это максимум, на что ты способна? Ты собираешься рассказать маме, Тесси?
Она приближается ко мне, пока мы не оказываемся нос к носу.
– Не играй со мной в эту игру, ты не выиграешь.
– Забавно, что ты заговорила о победе, – говорю я, выглядя наименее уязвленной. – Моя мама, Николь, председатель комитета по проведению торжественного вечера, и это включает в себя конкурс. Надеюсь, ты не забыла об этом.
Все ее тело напрягается от моих слов, и на этот раз мне хочется рассмеяться, но я сдерживаюсь.
– Так что если ты еще раз попытаешься провернуть подобный трюк, то можешь распрощаться со своими шансами на участие в конкурсе.
С этими словами я хватаю Меган за руку и проталкиваюсь мимо Николь и ее приспешников. Последние выглядят так, будто у них вот-вот пойдет пена изо рта, в то время как их лидер выглядит… ошеломленной. Миссия выполнена.
Я жду, пока мы не окажемся вне зоны слышимости, и останавливаюсь. Мы с Меган смотрим друг на друга, прежде чем она начинает визжать и прыгать вверх-вниз.
– Это было потрясающе! Боже мой, Тесса, ты видела ее лицо? Я повторяю, ты видела ее лицо?
– Оно выглядело так, будто от нее пахло коровьим навозом, – я пытаюсь подавить свой смех из-за всех любопытных зрителей, но это такое приятное ощущение.
Адреналин течет по моим венам, и мне хочется скакать, танцевать и петь во всю мощь легких, запихивая в горло как можно больше KitKat. Мы продолжаем смеяться всю дорогу до класса, где я занимаю место рядом с Коулом. Он смотрит на меня и улыбается своей полулунной улыбкой.
– Что с тобой?
– Просто чувствую себя потрясающе, – я пожимаю плечами, а он качает головой.
– Ты странная.
– А ты больной извращенец.
– Но ты хочешь меня.
– Заткнись.
– Видишь, ты покраснела. Ты так хочешь меня, Тесси.
– Мистер Стоун, мисс О’Коннелл, не могли бы вы двое прекратить свой бесстыдный флирт, я хочу начать урок.
Учительница смотрит на нас, а я от смущения пригибаю голову. Все смеются, и, судя по тому, как трясется моя парта, Коул тоже.
Меня сейчас стошнит, вот и все. Я сжимаю свой живот, который сильно бурлит, и смотрю на чистый пол ратуши. Мысль о том, что столько усилий было потрачено на то, чтобы пол блестел, как зубы Райана Сикреста, огорчает меня, так как я явно собираюсь блевануть на него.
– Сиди спокойно, – приказывает Бет.
