Взглянув на монитор, Эмбер увидела за дверью Хэтти и запаниковала. Герман настоятельно просил ее не разговаривать именно с Хэтти: боялся, что если она войдет и увидит опустевшие комнаты, то Эмбер не в силах будет отстаивать ту нелепую ложь, которую он ей навязывал. Приотворив дверь, она улыбнулась в щелку.
— Здравствуйте, Хэтти.
— Миссис Бэнкс! — обрадовалась та.
— Пожалуйста, зовите меня Эмбер.
— У вас все в порядке?
— Конечно! — заставила себя улыбнуться Эмбер. — Я просто неодета для приема гостей. Надеюсь, вы не обидитесь, если мы поговорим через порог.
— Что за глупости, мне все равно, как вы одеты, — удивилась Хэтти, но Эмбер не двинулась с места. — Дело в том, что я взяла для вас в прокат новый автомобиль.
— Новый автомобиль?.. — Эмбер шире приоткрыла дверь и увидела за спиной у Хэтти черный «джип-мерседес» и рядом — незнакомого мужчину.
— Это Алан. Когда мы оформим документы, я подброшу его домой, — объяснила Хэтти, пытаясь заглянуть в расширившийся проем, но Эмбер успела закрыть ей обзор.
— Мистер Бэнкс позвонил мне сегодня утром и просил срочно доставить еще одну машину
Эмбер судорожно сглотнула. Значит, она все-таки была права, одной машины им мало. Возможно, Герман тоже так считает, лишь виду не подает, а сам собирается отлучиться куда-то надолго.
— Отлично! — произнесла Эмбер с натянутой улыбкой. — Давайте ключи, я ему передам. — Она высунула руку в щель. — Спасибо вам большое. И Алана от меня поблагодарите.
— Простите, но придется подписать кое-ка-кие бумаги, миссис Бэнкс, — не отступала Хэтти, изо всех сил стараясь сохранить дружелюбный тон и одновременно дать понять, что предпочла бы зайти в дом. Она была одета в твидовый костюм, отнюдь не защищавший ее от пронизывающего холода.
Эмбер чувствовала себя ужасно, удерживая ее на пороге, но запрет Германа нарушить не могла.
— Подождите, я только наброшу пальто, — сказала она и захлопнула дверь перед носом Хэтти.
Эмбер вернулась, неся в руках второе пальто — для Хэтти, надеясь, что та прочтет сожаление, написанное у нее на лице. Неизвестно, поняла ли Хэтти чувства Эмбер, но пальто надела. При свете фар «мерседеса» они разложили документы на капоте машины и Эмбер поставила там, где требовалось, свою подпись.
— Алан, садись-ка в машину, я довезу тебя до гаража, — вежливо, но твердо сказала Хэтти, намекая, чтобы он оставил их наедине.
Эмбер занервничала.
— Дорогая. — Хэтти вдруг взяла ее руки в свои, ледяные. — Отсюда он нас не услышит, скажите мне, это опять произошло?
— Произошло
— Я про ваше имущество, — произнесла Хэтти шепотом, от которого у Эмбер по спине побежали мурашки. — Еще что-нибудь пропало?
Откуда она могла узнать? Ведь ей было известно только о пропаже часов! Впрочем, исчезнувшие люстры тоже насторожили Хэтти, неудивительно, что она ожидает очередных пропаж. В то мгновение Эмбер испытала облегчение, почувствовала, что держит руку человека, который ее понимает, хочет помочь, с кем можно поделиться своими тревогами. Ей показалось, что недалек конец ее ужасной пытки.
Стук по стеклу заставил их похолодеть. Они обернулись, оглядывая десятки окон.
— Вверху, — тихо подсказала Хэтти.
Над входом, в окне третьего этажа, маячила, пряча лицо в тени, темная фигура.
— Мне нужно возвращаться, — заторопилась Эмбер.
— Подождите, документы! — Хэтти быстро нацарапала что-то на клочке бумаги, сунула записку в карман пальто и вручила Эмбер конверт с документами на машину. Затем она сняла пальто и протянула его Эмбер, заговорщически глядя ей в глаза и произнося при этом деловым тоном:
— Это адрес человека, который жил здесь раньше. — Хэтти протянула ей ключи от машины. — Навестите его, он сможет вам помочь. Благодарю вас, миссис Бэнкс. — Она мимолетно улыбнулась.
— Спасибо, Хэтти. — Эмбер пожала ей руку. — Пожалуйста, зовите меня Эмбер.
— Желаю удачи, Эмбер, — шепнула Хэтти и села в машину.
Проснувшись на следующее утро, Эмбер обнаружила, что камин в спальне исчез. Нетрудно было догадаться, что и прочие комнаты остались без каминов...
Герман услышал, что Эмбер поднялась раньше, чем обычно, спустилась вниз и вышла из дома. Когда ее шаги простучали по ступеням, он метнулся из комнаты, где теперь спал, в их спальню и быстро оделся. За несколько недель он так привык к пижаме и халату, что другая одежда казалась ему тесной и неудобной. Одеваясь, Герман со страхом и восторгом всматривался в пустоту на месте кованого камина. Времени проверять, что еще пропало и пополнилась ли рукопись, не было, но он решил, что за такую ценную вещь полагается компенсация в виде нескольких глав. И как Герман ни радовался неуклонному росту рукописи, он все же опасался, что к концу романа они останутся вообще без обстановки. Хорошо еще, что, имея в запасе несколько миллионов, он мог быстро восстановить все потери.
