– Ник! – прорычал Джордж, глядя на камни мостовой у себя под ногами. – А ведь она тебя любит.
– Брось! Послушай меня. Прежде всего мне нужна одна лишь Лидия. И потом, ты совсем не знаешь Мэг. Сможешь вытерпеть ее скверный нрав, осыплешь ее золотом и драгоценностями, накупишь платьев и безделушек, – она и тебя полюбит.
В глазах Джорджа промелькнула надежда.
– Ты и вправду так думаешь?
– Я… я ничуть в этом не сомневаюсь. К тому же мне не нравится этот капитан Дюрок, якобы из свиты французского короля.
Джордж тут же схватился за эфес шпаги.
– А с тобой, – продолжил Фэнтон, – она будет в надежных руках. Но лучше поспешить, Джордж. Уже сегодня вечером она покинет мой дом. Ты должен быть там. Соберись с духом и поговори с ней. Но будь тверд, иначе потеряешь ее. Ну как, попытаешь счастья?
Несколько мгновений Джордж молчал, потом, стиснув зубы, кивнул.
– Славно! А теперь, молю, поведай мне, что произошло в переулке Мертвеца, когда я… потерял память.
Джордж вкратце рассказал ему об утренних событиях.
Фэнтон помрачнел. Дела обстояли куда хуже, чем он думал. Он помнил, как переступил порог аптеки. Помнил, как взбесился Джордж, услышав от аптекаря описание внешности Мэг. А потом он, Фэнтон, набросился на беднягу Джорджа. Это все сэр Ник: во время суда над слугами он внезапно дал о себе знать, а чуть позже, когда Фэнтон завидел на улице головореза с зеленой лентой – привет от лорда Шефтсбери! – полностью завладел его сознанием.
А главное, что Фэнтон разозлился вовсе не на Джорджа. Он ощутил гнев, открывший сэру Нику дверь в его разум, лишь когда стало ясно, что Мэг виновна. Судя по всему, они с сэром Ником любили ее – или желали, если угодно, – сильнее, чем казалось им самим.
Но это было не единственное и не самое тревожное открытие. Раньше он чувствовал приближение сэра Ника: у него было время, чтобы собраться с силами и не дать смертельному ужасу вырваться из прогнившего гроба.
Однако на сей раз его застали врасплох. Он не почувствовал ровным счетом ничего. Да, в аптеке он вышел из себя, но это не было ослепляющей яростью, лишь приступом гнева: даже на Джудит Пэмфлин или Китти Софткавер он злился куда сильнее. А вот когда он выглянул в окно и увидел зеленую ленту… Никогда прежде Фэнтон не терял память.
Впрочем, кое-что он помнил: лязг скрещенных шпаг, тощего человека, чей-то вопль: «Берегись, собаки!» Все равно что выпить накануне много крепкого вина: наутро от вчерашнего вечера в памяти останутся лишь два-три разрозненных и нечетких обрывка.
Сбывался самый страшный кошмар Фэнтона: сэр Ник становился все сильнее.
«Этого нельзя допустить!» – пронеслась в голове отчаянная мысль.
С каждым таким случаем спятивший мертвец проводит все больше времени в его сознании и, может статься, в следующий раз не ограничится десятью минутами. Что, если на это и делал ставку дьявол, заключая пари? «…Кажутся красивыми снаружи, внутри же полны костей мертвецов и всякой скверны». Ну уж нет!
«Не бывать этому!» – твердо решил про себя Фэнтон. Сэра Ника можно одолеть: нужно лишь не давать ему ни малейшего шанса вторгнуться в сознание – иными словами, всегда быть начеку. Не такая уж непосильная задача, если подумать.
От этой мысли стало легче, а к тому времени, как они дошли до харчевни, Фэнтон даже повеселел.
Час полуденного обеда уже прошел, и за длинными столами сидело всего несколько человек. На фоне огнедышащих углей в очаге они казались дрожащими призрачными тенями. Фэнтон положил руки на стол: в полумраке никто не разглядел бы пятен крови на манжетах.
– Джордж.
Они уже долго сидели молча – каждый был погружен в свои мысли.
– Я забыл тебя поблагодарить…
– Ха! – хрипло отозвался Джордж.
– Нет, серьезно. Ты целых три минуты сдерживал этого подонка из Альсатии!
– Тоже мне, подвиг! – прорычал Джордж. – Я им даром был не нужен. Они охотились за тобой.
– Похоже на то. Но давай поразмыслим. Эти головорезы покидают свое убежище лишь в одном случае: если им заплатили за чью-то жизнь. Одному из них даже хватило наглости нацепить на шляпу зеленую ленту. Кто мог натравить их на меня?
Джордж выпучил глаза от изумления:
– Что значит «кто»? Лорд Шефтсбери и натравил.
В памяти Фэнтона всплыл утренний разговор с Джайлсом. Так вот почему тот замогильным голосом спросил, не бывал ли Фэнтон в «Дьяволе», что стоит рядом с «Королевской головой». Ведь именно в таверне «Королевская голова» заседает «Клуб зеленой ленты». А еще Джайлс мрачно предрек: «Сегодня может пролиться чья-нибудь кровь».
И Фэнтона он одел словно для дуэли: ни кружев, стесняющих движения, ни единого кольца. Фэнтон нахмурился.
– Нужно признать, – сказал он, – я не питаю любви ни к лорду Шефтсбери, ни к его воззрениям. Но он человек благородный, при власти; был лордом-канцлером – пока не отвернулся от короля. Я-то чем ему насолил?
Джордж побледнел.
– Господи, да что же это! – воскликнул он и ударил кулаком по столу. – Ник, Ник! Ты и правда не в себе! Но ничего, мы найдем тебе хорошего лекаря…
– Да не нужен мне лекарь, Джордж. Скажи лучше, отчего этот коротышка точит на меня зуб?
