Заметив в разбитом окне две фигуры, стоявшие разразились новыми проклятиями. Фэнтон почти физически ощущал мощную волну ненависти, исходившую от этих людей. Но действовать они не спешили – лишь кричали и нерешительно топтались на месте.
– Вниз! – приказал он и уже на лестнице спросил: – Что, дождь так и не начался?
– Нет, сэр, но если мы будем ждать еще десять минут, придется драться по щиколотку в грязи!
Вдалеке послышались глухие раскаты. Наконец громыхнуло и над самим домом; задребезжали стекла. В гостиной было темно, лишь из-под двери кабинета, где горела одна свеча, пробивался призрачный свет. Фэнтон толкнул дверь. Четыре пары глаз, мрачно поблескивавших под шлемами, выжидающе уставились на него и на Джайлса.
У каждого из оборонявшихся в кармане лежал толстый железный прут. Большой Том, надевший шлем старого образца, с защитной планкой для носа, держал в руке длинную толстую палку, которую вполне можно было бы назвать бревном. Из-за пояса у него торчала массивная дубина. У Випа тоже было бревно, чуть меньшего размера, и, судя по ухмылке на небритом лице здоровяка, он только того и ждал, чтобы пустить его в ход. Джоб, конюх, запасся двумя массивными дубинами. Он обращался с ними мастерски, как бывший бродячий жонглер, и мог с поразительной быстротой наносить удары обеими дубинами сразу. Юный Гарри вооружился шпагой.
– Вот что вам нужно знать, – начал Фэнтон. – Мы лишь защищаем свою жизнь и свой дом. Это они на нас напали – и подписали себе смертный приговор. Знаете, что их ждет? Виселица! Всех до одного повесят! А потому не церемоньтесь с ними и разите наповал! Как только я дам знак, не мешкайте ни секунды! И помните: вы идете туда не затем, чтобы договариваться, – вы идете крушить и убивать! Ясно?
Ответом ему было глухое одобрительное ворчание.
– Вот и хорошо. – Фэнтон одним взмахом смел со стола книги, чтобы те не мешали. – А теперь о порядке действий. Сначала пойду я…
– Сэр, бога ради! – вскричал вдруг Гарри. – Нас всего шестеро – шестеро против шестидесяти!
– Да пусть хоть двое против двухсот! – прорычал Фэнтон. – А если у тебя кишка тонка, спрячься среди женщин и не высовывайся!
Остальные насмешливо фыркнули. Джайлс, стоявший неподвижно со шпагой в руке, вероятно, подумал, что вернулся прежний сэр Ник. Но это было не так. Фэнтон лишь хотел как следует разозлить этих людей, пробудить в них животную ярость, чтобы они бросились в бой без тени сомнения и страха.
– Ну так что, слюнтяй? Остаешься с нами или бежишь прятаться под мамкину юбку?
– Остаюсь!
– Тогда слушай внимательно! Я пойду первым. Парадную дверь оставлю открытой – в доме темно и с улицы вас никто не увидит. Потом вы трое, с дубинами… будем звать вас дубинщиками. Так вот, вы трое – Том, Вип и Джоб – идите сюда и встаньте по левую руку от меня.
Те, кого назвали, послушно выстроились слева от Фэнтона. В глазах Большого Тома виднелись красноватые вспышки – отсветы пламени, отразившиеся от шлема. Джоб неспешно крутил в руках дубины. Вип улыбался.
– Когда я окажусь посередине липовой аллеи, выходите из дома. Если не будете шуметь, они вас не увидят: у них всего-то фонарь да факел. Идете слева от меня, – слева, запомнили? У первого же дерева на улице останавливаетесь и ждете моего сигнала. Все ясно?
– Да, сэр! – прорычали все трое.
– Джайлс, Гарри, вы делаете то же самое, только ваше место – справа от меня. Поняли?
Оба дружно кивнули. Вдруг на втором этаже послышался грохот – камни градом полетели в окна. С жалобным дребезжанием посыпались разбитые стекла, что-то тяжелое с громким стуком повалилось на пол. Снаружи раздались злобные крики.
– Стоять! – рявкнул Фэнтон своим бойцам, которые разом сорвались с места. – Еще не время. Они слишком трусливы, чтобы двинуться в наступление, поэтому и швыряют камни. Вернемся к нашему порядку действий. Итак, я стою посередине аллеи. По левую сторону от меня, – Фэнтон для наглядности вытянул левую руку, – трое дубинщиков; по правую, – он вытянул правую руку, – трое шпажников. Как только я подниму шпагу, вот так, вы огибаете дерево – дубинщики слева, шпажники справа – и ныряете в толпу. Только глядите, чтобы вокруг было достаточно места. Ни одна живая душа вас не заметит, даю слово: все взгляды будут прикованы к моей шпаге. Ну а последнюю часть вы, надеюсь, и сами помните? Дубинщики?
Он повернулся к Випу, Джобу и Тому.
– Помним, сэр, – улыбнулся Вип, любовно поглаживая свою дубину. – Когда вы крикнете: «Вперед!» – мы обойдем толпу с правого края, проберемся в самую узкую часть аллеи и нападем.
– Верно. Шпажники?
– Когда вы крикнете: «Шпаги!» – мы бросимся вперед, – ответил побледневший Джайлс. – Во славу короля Карла!
– Хорошо. И еще кое-что, дубинщики. Когда окажетесь в гуще толпы, бейте наверняка: не в грудь и не в живот – дубину можно перехватить, вырвать из рук. Нет, цельтесь сразу в голову, пусть череп треснет, как перезревший апельсин; работайте без устали! Шпоры наточили, как я приказывал? – (Раздалось утвердительное ворчание.) – Если кто-нибудь вздумает броситься вам под ноги, он крепко пожалеет. Шпажники!
– Да, сэр!
