— Все равно. Вряд ли это первая церковь, которую она оскверняет. — Свита Патриарха отступила, мальчик уронил свечу и бросился бежать, остальные растворились за алтарем, где монахини и слуги жались, как овцы в загоне. — А теперь, — сказали леди Севера и Вигга хором, — Советую сдаться.
— Нам обещают хорошее обращение? — спросила Батист.
— Лучше, чем если не сдадитесь.
Брат Диас сглотнул. — Быстрая смерть, значит.
— Звучит банально, но после того, как видела медленные смерти… — Северы и Вигги надули щеки. — Ценишь это.
Вигга шагнула вперед, переступая через лежащего Патриарха.
— Надо было остаться в Святом Городе… — пробормотала Батист.
Брат Диас сморщился, отпрянув, отвернув лицо...
Откуда-то налетел порыв ветра, волосы Вигги разметались, игла с руническим лоскутом сорвалась со лба и унеслась ветром.
— Сработало! — кто-то крикнул. Один из гвардейцев выскочил из-за скамьи, ладони сложены и вытянуты вперед. — Земля и воздух! Общая структура всей материи! — Голос, да и тон, звучали знакомо. — Я гений!
Впервые в жизни Батист выглядела удивленной. — Бальтазар?
Гвардеец снял шлем, откинув мокрые волосы, открыв довольное лицо известного некроманта. — Снова спасаю положение!
— Ты почему мокрый?
— Корабль уплыл. Пришлось плыть.
— Че происходит? — Вигга потерла лоб, будто просыпаясь с похмелья. — Мне снилось, что я леди. — Озадаченно посмотрела на Патриарха у своих ног. — Кто этот ублюдок?
— Ты вернулся? — прошипела Севера, глядя на Бальтазара с яростью. — Зачем?
Он небрежно махнул рукой. — Назовем это… профессиональной гордостью.
Батист выхватила кинжал из сапога, еще один откуда-то со спины, пригнулась. — Ты не мог дать мне последнее слово, да?
— Никак нет, — Бальтазар сузил глаза. — Госпожа Улласдоттир?
Вигга взглянула на него. — Мне нравится, как это звучит.
— Не возражаете предоставить мне несколько трупов?
Вигга сжала кулаки, хрустнула костяшками, оскалив острые зубы. — О, это будет ахуенно приятно.
Алекс вывалилась с лестницы и зажмурилась от света на вершине Фароса — уже во второй раз за вечер, но теперь в более потрепанном, обгоревшем и окровавленном виде, с тем же смертельным ужасом. Пламя Святой Наталии все пылало в жаровне, играя бликами на вычурной свадебной тунике ее покойного мужа. Хоть умрет в тепле.
— Башня кончилась, — пробормотала она.
Санни метнулась к арке, заглянув за парапет. — Может, спустимся по стене…
Алекс не знала, смеяться или плакать от этой мысли. — Они точно поймают. — И она предпочла бы умереть где-то рядом с полом. — Уходи. — Она положила руку на плечо Санни, под ногтями засохшая кровь. Попыталась улыбнуться, но не вышло. — Не всех можно спасти.
— Я хочу спасти тебя. Мы еще...
— Ты сделала больше, чем я заслуживаю.
Санни качала головой. — Нет.
— Позволь мне быть благородной. Хоть раз. — Она подняла подбородок, надеясь, что барон Рикард гордился бы ее осанкой. — Пусть я заслужу… то, что украла. Ее право. Ее имя.
Санни отстранилась. — Я сказала нет.
— О, не спорьте, — Клеофа поднялась по ступеням с ухмылкой. Кто-то явно наслаждался.
— Мы с радостью убьем вас обеих, — Атенаис вышла из тени. — Даже настаиваем.
Санни рванулась, исчезнув из виду, но Клеофа произнесла то слово. Пламя дрогнуло, туман сгустился. Атенаис рявкнула, как пес, и Алекс отпрянула, когда Санни врезалась в колонну и рухнула с стоном.
— Эльфийка, — Плацидия прошла между ними, сизый дымок вился от ее синих губ, — что умеет прятаться.
— Разберем на части, — Зенонида завершила круг фрейлин, — посмотрим, как это работает.
Алекс встала перед Санни, сжав кулаки. — Отпустите ее. Пожалуйста...
— Ты не в позиции торговаться, — брезгливо скривилась Клеофа.
— Императрица помойки, — плюнула Атенаис, сжимая круг.
— Вопрос лишь... — начала Зенонида.
Плацидия подняла руку, иней дымился на пальцах. — Заморозить, как твоего мужа...
Зенонида махнула к Пламени Святой Наталии, и Алекс отшатнулась от вспышки. — Или сжечь до уголька.
— Сбросить с башни? — предложила Клеофа.
— Пусть земля поработает.
— И руки не запачкаем.
Плацидия нахмурилась, глядя в ночь за арками. — Слышите?
Галерею заполнили летучие мыши.
Алекс прижалась к Санни, пока крошечные твари кружили все теснее. Колдуньи отмахивались, ругаясь, пока мыши не сплелись в клубок перед ней, и вмиг не стали бароном Рикардом.
Вампир поднял изысканную бровь, глядя на Санни, Алексу и четырех готовых к атаке волшебниц. Издал многострадальный вздох.
— Дамы, — сказал он.
— Блять, ты долго, — прошептала Алекс.
— Этикет, как я говорил, не терпит ранних визитов.
— Учитель манер, — зашипела Зенонида, жар дрожал у ее пальцев.
— Как кстати, — барон холодно наблюдал, как они полукругом окружили его, — ибо урок вежливости необходим. Вы, полагаю, уцелевшие из ковена Евдоксии?
— Мы были ее ученицами, — огрызнулась Атенаис.
Плацидия гордо встряхнула волосами, иней осыпался. — А теперь мы — адепты Черной Магии!
