Сообщение о том, что у Инны есть сестра, расстроило меня. Значит, на дачу приезжала Маша, а не Даша. А я ведь надеялась, что эта девушка сможет и поддержать Юру, и удержать его от необдуманных поступков. Как сказал Кирилл, старая любовь не ржавеет.
– А когда Инна вернется, не знаете?
– Сегодня воскресенье, – напомнила мне соседка. – Должны же у человека быть выходные? Вечером, наверное, появится. Или завтра утром.
– А можно мне ваш номер телефона взять?
– С какой стати? – поджала она губы.
Она разговаривала со мной так, будто я чем-то ей крупно «насолила». Хотя, может, у нее вообще скверный характер или не с той ноги встала – вот и срывает свое раздражение на посторонних.
– Вы мне скажите, приехала Инна или нет, – очень вежливо попросила я.
– Не скажу! К Инне звоните! – сорвалась она. – Если трубку не берет, значит, так нужно.
– Ладно, на нет и сюда нет. Извините, что побеспокоила, – бросила я на прощание и стала спускаться по лестнице.
Женщина буркнула мне вслед «ходят тут всякие» и шумно хлопнула дверью. Настроение, и без того плохое, испортилось окончательно. Я заехала в супермаркет, купила три банки сметаны и вернулась домой.
Никита лежал на диване, мучаясь от ожогов и коликов. Вчера он столько съел шашлыка, что это отразилось одновременно и на желудке, и на печени. Вечером он вообще отказался от еды, а утром попросил сварить для него овсянку.
– Что тебе приготовить на обед? – спросила я, вернувшись.
Он сложил на груди руки и мученически простонал:
– Пощади! Я ничего не буду.
– Как хочешь, – легко согласилась я.
Не сказать, что мне хотелось стать к плите. Прогулка по раскаленному городу вымотала меня. Сама мысль, что надо что-то сделать по хозяйству, была противна. Работать не хотелось ни руками, ни головой.
В воскресенье вечером позвонила Вера Ивановна. Она искренне интересовалась состоянием моего здоровья. После разговора с ней напомнила о себе совесть: работы непочатый край, а я неизвестно чем занимаюсь.
В понедельник я прибежала в «Три самурая» за час до начала рабочего дня и очень удивилась, застав там Славу Куприянова.
– Привет! Ты уже здесь?
– Привет! – радостно откликнулся Слава из-за компьютера. – Как себя чувствуешь? Выздоровела?
– Да, мне значительно лучше.
– Это хорошо.
– Как ты тут без меня?
– А? Все нормально. Вот вышел пораньше, чтобы кое-что подбить. Практически все готово, но хочется еще раз проверить.
– Ой, – вздохнула я, – а я даже не знаю, за что хвататься: за свой отчет или за отчет Егорова.
– Юрин отчет готов, – огорошил меня Слава, – так что занимайся только своим.
– Что? Когда ты успел? – не поверила я.
Слава пожал плечами и загадочно улыбнулся.
– Вот так….
– Нет, ты это серьезно?
Допускаю, что свою работу можно подбить за два дня, но вникнуть в чужую… Нет, это невозможно. Я бы точно с Юркиным отчетом копалась дней пять. Мне даже стыдно за себя стало. Я явно недооценивала Куприянова.
– К чему мне тебя разыгрывать? – обижено насупился Слава. – Придет Вера Ивановна, и я ей покажу. Хочешь, сама посмотри.
– Нет, – мотнула я головой и, не теряя времени, включила компьютер, чтобы тут же начать работать.
В десять часов в наш кабинет заглянула Вера Ивановна.
– Вика, ты пришла?! – воскликнула она. – А мы тут без тебя зашиваемся, – развела она руками. – В пятницу директор сообщил мне, что хозяин надумал продать один из наших ресторанов. Но он не может решить какой именно, поэтому требует отчетность по всем заведениям. Слава свою отчетность сдал. Осталась твоя и Юры Егорова. У тебя ведь есть черновой вариант его отчета?
Не успела я ответить, как Слава похвастался:
– Вера Ивановна, отчетность, которую должен был сделать Егоров, готова. Я распечатаю и принесу вам. Могу помочь Вике.
– Да? Неужели? – приятно удивилась Вера Ивановна. – Просто чудесно! Вика, раздели свою работу.
Мое самолюбие было задето. Вся гамма возмущения отразилась на моем лице. Я уже хотела открыть рот, но Вера Ивановна меня опередила:
– Вика, прекрати так на меня смотреть. Я ничего обидного не сказала. Напомню, что здесь не гонки лидеров. Хозяину все равно, кто первый сдаст отчет, лишь бы он был сделан.
Я не смогла ей возразить. Действительно, общее дело выше амбиций.
– Хорошо, – согласилась я.
Вера Ивановна вышла. Слава подошел к моему столу. Потоптавшись на месте и пошмыгав носом, он стал извиняться:
– Вика, я не хотел ставить тебя в неловкое положение. Прости.
– Проехали, – отмахнулась я.
– Вика… я тут… – продолжал он мямлить.
«Сейчас еще окажется, что отчет готов только наполовину», – подумала я, глядя на смущенное лицо Куприянова.
– Мне нужно кое-что тебе сообщить. Я не знаю, как ты к этому отнесешься. В общем, у моей девушки есть сестра.
– Рада за нее, – хмыкнула я, не понимая, зачем мне что-то знать о его девушке.
– Выслушай меня.
Договорить он не успел. На моем столе зазвонил служебный телефон.
– Да, – ответила я.
Звонил охранник с центрального входа.
– Виктория Викторовна, по-моему, это вас спрашивают.
– Меня? Кто?
– Матильда Алексеевна.
– Что-то не припоминаю такую, – растеряно призналась я.
