Дихотомия полностью

Вдалеке блеснуло раскрытое окно. Расстояние, раннее казавшееся мне смешным, сейчас вызывало тупую боль сразу в нескольких местах. Закусив губу, я приготовился к прыжку.

***

Наутро меня разбудил стук в дверь.

К тому же, судя по шуму, барабанили во входную, недвусмысленно намекая, что если она не откроется, то сильно об этом пожалеет. И долетев до моей комнаты, объявился другой стук — топот сапог. Уже настолько для меня знакомый, что достаточно было одного лишь намёка, полушага, чтобы я тотчас угадал его.

И уже это меня окончательно разбудило. Вскочив, не успев продрать глаза, я потянулся за ножом. Нарвавшись на пустоту, взвыл от отчаяния. Оставил в сгоревшем доме! Так держать, ещё и улику подкинул. Я точно не мог быть убийцей…

И всё же, трясущиеся руки, да нахлынувшая память не отпускали хлеще похмелья. Однажды я сильно напился с братьями Хмелем и Солодом, когда дожидался Аделаиду в харчевне, что на следующий день подняться с постели не мог. Потолок так и кружился до самого вечера, пригвождая к полу. Теперь я чувствовал себя ещё хуже, но оставаться в постели не мог. Страх за семью гнал вперёд. Нет ни одного благоприятного повода для посещения Стражей обычных граждан, а вчерашнее событие свело эту возможность к нулю. Поэтому мне надо поднять свою задницу, даже если после этого я потеряю сознание прямо на пороге комнаты. Но, прежде чем я поднялся, в коридоре раздался знакомый голос.

— Ну и чего вы здесь забыли? И без вас горя достаточно…

По тому, как Стражи переминались с ноги на ногу, сотрясая половицы дома, стало ясно, что они ожидали увидеть кого угодно, но только не господина Иезекиля.

— Твоя матушка, Малдор, будет очень недовольна тем, как ты вламываешься в чужие дома. А в следующий раз, когда она попросит для тебя снадобье от бессонницы, я обязательно передам во всех подробностях, как ты другим спать не даёшь! А вы, молодой Луфар, и того хуже. Не успели выздороветь, как вновь шастаете по промозглым улицам с открытой шеей? Разве не говорил я вам, чтоб надевали кофту с высоким воротом? Служба, службой, но за здоровьем нужно следить!

Повисло краткое молчание, прерываемое тяжёлыми вздохами.

— Гос… Господин Иезекиль… Мы здесь по поручению Командира! Сегодняшней ночью случился страшный пожар! Нам велено провести обыск ближайших кварталов!

— С оружием наперевес?

— Для самообороны, господин Иезекиль…

Лекарь рассмеялся так громко, что я услышал, как на втором этаже закрылись ставни.

— И от кого же вы решили обороняться? От хворающей госпожи Тэнрок и её благочестивой дочери? Или же ваше оружие должно вогнать в страх меня?

Стражи судорожно сглотнули. Один из них прочистил горло, набираясь храбрости:

— Господин Иезекиль… Как вы могли только подумать, что мы…

— Я вижу вас насквозь, молодые люди. Предупрежу один раз: в этом доме царствует Хворь. И вам лучше убраться отсюда как можно скорее, чтобы не подцепить заразу, от которой, будет вам известно, ни одно шаманство не спасёт.

Спустя некоторое время хлопнула дверь. Нежданные гости ушли. Подскочив к окну, я проводил их взглядом. Значит, очевидцев не было. Получается, та девушка не сообщила о том, что видела окровавленного юношу со странным цветом волос. Побоялась или ещё не успела? Во всяком случае, благодаря лекарю я могу выдохнуть.

Пока.

Подойдя к крохотному зеркальцу, стоявшему на подоконнике, я замер. Цвет волос прежний: блондинистый, как у Аделаиды. Переодевшись в чистое, а испачканное запихнув как можно дальше под кровать, я осмотрел рану. Окровавленная повязка, в спешке наложенная перед сном, была слабым утешением, но ничего лучше я сделать не мог. Как только уйдёт господин Иезекиль, попробую осмотреть рану, а сейчас… Сейчас надо поднятья к матушке и проведать её. Не могло же быть сказанное про Хворь правдой… Наверняка господин Иезекиль разыграл Стражу. Все знали о его специфичном юморе, а потому нисколько не удивлялись, когда он сообщал, что жить кому-либо осталось считаные часы, но пара монет, внесённых на благо отечественной медицины, поправят ситуацию. К тому же лекарь очень не любил Стражу. Связано ли это со взиманием налогов (уменьшением свободных средств, направленных на лечение) или со способностью к исцелению Светом (прямая конкуренция), но стоило тем появиться там же, где был господин Иезекиль, как служители закона старались проявлять волю Короля где-нибудь в другом месте. Подальше.

— Ловко вы их прогнали, господин Иезекиль! Они теперь не скоро сюда сунутся.

— О чём вы, юноша? — поинтересовался тот, приветствуя меня лёгким поклоном.

Рядом стояла Аделаида с понурым видом. Сжимая кисти рук, она выглядела как никогда подавленной. Похоже, Стражи способны испортить настроение кому угодно.