Отмахнувшись от троих отреченных своим огромным мечом, Люцифер выцепил из гущи сражения Аксинью, утягивая ее к друзьям, образовавшим круг для переноса.
– Если это очередное испытание, я лично выскажу Малькольму свое недовольство, – сипел Матиас, щелкая пальцами и вырисовывая усиливающие знаки в воздухе.
Сине-черное сияние поднялось из-под земли, медленно окутывая стражей, беря от каждого такое количество силы, чтобы хватило для прохода через барьер. Наследница на несколько секунд прикрыла глаза, отдавая намного больше, чем остальные, чтобы переход вышел безболезненным, а открыла, лишь когда услышала истерический вопль Лукея.
– Не так быстро!
Из его тонких пальцев выскользнуло золотое копье, прозванное Копьем Истины, не знающее промаха, всегда достигающее цели. Налитые кровью глаза бывшего ангела горели злобой, а наконечник устремился прямиком в грудь замешкавшегося Люцифера, который исполосовал бок блондина лезвием меча.
Аксинья видела, как оно приближается, разрезает воздух с еле заметным шорохом, стремясь пронзить демона. В голове вспыхивали воспоминания: страшные сны с участием красноглазого, легенда, рассказанная матерью, прогулка по лесу, ее острые клыки, прокусившие его плечо, их поцелуй…
В ушах шумело, последний удар сердца с мучением отозвался в висках, когда девушка толкнула Люцифера в сторону, чувствуя, как копье насквозь пробивает ее грудную клетку, ломает несколько ребер, чудом не задевает позвоночник и выходит из спины. Ее отбросило на несколько метров, пригвождая к холодному камню стены, а изо рта вырвался кашель с кровяными сгустками.
Ни вдоха, ни выдоха – она видела лишь глаза Люцифера, напуганных друзей, которых он старался от нее оттолкнуть. Но Акси не позволила: щелкнув непослушными пальцами, она отдала последние силы, чтобы перенести близких на территорию академии, спасая их от гнева отреченных.
– Он не должен был убить меня, я должна была его спасти!.. – Мысль кольнула угасающее сознание, когда яркая вспышка, вызванная телепортацией, в сопровождении взрывной волны разнеслась по пещере, отбирая жизни у оставшихся предателей.
Она так и осталась висеть, с хрипом вдыхая воздух, старалась поднять онемевшие руки и вытащить копье, но не могла. Было поздно, ей не выбраться.
– Они спаслись… это… это главное… – Акси чувствовала, как по ее подбородку течет кровь и уже через несколько минут закрыла глаза.
Территорию
Спустя несколько долгих минут шумные вздохи стихли, и наступила тишина, нарушаемая лишь громким тиканьем старинных настенных часов. Молча и неподвижно они глядели каждый в свою точку, желая задать вопрос, но боясь реакции остальных.
Матиас перебирал пальцами, сосредоточенно разглядывая стоящий напротив книжный шкаф. Под огненным взглядом демона древесина начала дымиться.
– Надо вернуться, – тихо сказала Матиас, поднимаясь на ноги. – Она… – Он сглотнул горький ком. – Она может быть жива.
Парень быстро опустился на колени, выводя на полу те же символы, что и несколькими минутами ранее в пещере. Он шептал текст заклинания, следя за тем, как каждый рунический изгиб медленно загорался, меняя цвет с белого на желтый, потом на фиолетовый и темно-синий. Руна замерцала и пропала с деревянного покрытия.
– Дерьмо! – Демон ударил кулаком об пол, пока ждал, что заклинание все же подействует. – Она заблокировала нас, заблокировала…
Аарин, старавшаяся взять себя в руки, тихо всхлипнула, срываясь на череду истерических вздохов и плача. Ее трясло, руки смыкались вокруг штанины, пока щека прижималась к груди Саферия. Она пыталась успокоиться, подумать о словах Матиаса – Акси еще может быть жива, надо только найти способ вернуться в пещеру и помочь ей. Но эта сладкая ложь, приправленная неимоверной уверенностью демона в собственных словах, перебивалась горечью правды о том, что ее подруга мертва.
– Заканчивай зря лить слезы, Аарин, – прорычал Матиас. – Это не поможет.
От слов демона девушка лишь сильнее захлебнулась в собственных рыданиях, прячась в объятиях Сафа. Черноглазого смерили недовольными взглядами, но он лишь отмахнулся, рассматривая потолок зала.
Они не могли пошевелиться, переваривая собственные мысли и чувства.
Часы продолжали отсчитывать минуты, Аарин тихо поскуливала, а остальные молчали, изредка тяжело вздыхая. Анабель смотрела на Матиаса из-под опущенных ресниц, ловила тени, бродящие по его лицу, заметила, как нервно дергается скула, и пустой взгляд. Она еле смогла оторвать взгляд от парня, чтобы не разрыдаться вслед за зеленоглазой подругой, но, как бы ни старалась, ее плечи дрогнули, заставляя прикрыть лицо руками.
Через некоторое время Люцифер встал и принялся расхаживать по комнате, мозоля глаза скорбящим, особенно напряженным парням; еще немного – и случилась бы катастрофа немыслимых масштабов.