Гарольт экспертным взглядом оглядел предложенных ему бессмертных, прикидывая, хватит ли их, или лучше собрать отряд голов в десять. Хотя в этом нет необходимости. Девчонка мертва, битва вряд ли состоится, но вот ее дружки могут стать маленькой проблемкой.
Стражи удалились, а Гарольт с удовлетворением опустился в любимое кресло, разглядывая собственный портрет на стене. Глупый ангелок, которому он так легко переломал все косточки в крыльях, даже не понимал, что происходит, пока Гарольт следил за
Прогадал Гарольт лишь в силе полукровки и ее дружков, он не подумал, что те смогут пробить защиту, так еще и перебить его подручных выбросом энергии. Скверно, но ничего страшного, осечки бывают у всех, главное, чтобы не слишком часто.
Он стал ждать, поглядывая на небольшой пузырек крови, стоящий у него на столе, когда отреченные притащат ему еще не остывшее тело.
– Потом разберемся в достоверности! – преграждая путь красноглазому, желающему оторвать Дани голову, отрезал Саф и присел рядом. – Но рисковать я бы не стал. – Демон встретился взглядом с друзьями, задавая немой вопрос и сразу же получая такой же молчаливый ответ. Его рука аккуратно легла на лоб ангела, а губы прошептали: – Спи, пока я не позволю тебе проснуться.
Дар убеждения. Чаще всего демон пользовался им, применяя пересечение взглядов, но мог внушать обыденные вещи и прикосновением. Заставив Даниэля отключиться, он уберег остальных от возможных проявлений отреченных, а самого парня – от необдуманных действий.
Матиас продолжал обнимать Бель, размеренно поглаживая ее затылок, и призвал длинноволосого демона ответить на зов. Саферий быстро развернулся к другу, перенимая роль негласного лидера, позволяя черноглазому немного выдохнуть и помочь ангелу.
– Вперед, вернем Аксинью, – постарался добавить бодрости в голосе парень, первым выходя за дверь. – Джейс, помоги ему. – Он обратился к поэту, указывая на бессознательное тело.
Ангел быстро кивнул, пропустив всех вперед, и перетащил парня на кровать, позволяя забыть страшный голос хотя бы во сне.
– Где Айк? – Аарин вместе с остальными сидела на полу, в десятый раз выводя руны. Отсутствие волка заметили только сейчас.
– Он с ней. Не смог оставить, – прошептал Матиас, отдавая зеленоглазой очередной листок, чтобы та попыталась открыть круг для переноса.
Стражи громко вздохнули, стараясь еще быстрее перелистывать страницы книг и разворачивать свитки. Минута промедления будет стоить тысяч жизней в войне против отреченных, овладевших силами двух материй.
Время все шло, а руны предательски гасли, не успевая обрести силу, вынуждая парней бросаться ругательствами. Ритуалы терпели поражение за поражением. Когда солнце начало медленно клониться к горизонту, стражи сдались. Бутылек выпал из дрожащих рук Анабель, разбиваясь на мелкие осколки и расплескивая содержимое. Она выдохлась, как и остальные, продолжающие последний час цепляться за мнимую надежду вернуться в пещеру.
– Хорошая была идея, Мати, но не вышло, – тихо сказал Джейс, стряхивая с рук пепел от сожженных костей древнего чудовища. – Надо идти к ним, рассказать. Элен и Серафаэль имеют право знать, они ее родители, Матиас.
Ангел душил свою скорбь, стараясь достучаться до черноглазого, чьи руки были изрезаны ранами, из которых капала кровь для проведения некоторых ритуалов. Джейс продолжал вглядываться в его глаза, ожидая ответа.
– Знаю, – через минуту отозвался демон, тряхнув головой. – Оставайтесь здесь. Я это сделаю, они моя семья, и мне сообщать о таком.
– Но… – Анабель неосторожно вскрикнула, притягивая к себе взгляд черных глаз. – Мы ведь тоже ваша семья. Мы будем рядом.
Девушка осторожно подошла к парню, поцеловала его в щеку и заключила в объятия. Матиас не мог оставаться несгибаемым вечно. Все прошедшие часы он тянул их тонущую лодку за собой, говорил, что делать, но силы кончились, а сознание медленно начало увядать от притупленных чувств.
Стиснув зубы, он принял поддержку девушки, которая сама не так давно билась в истерике, и выдохнул, чувствуя, как вокруг него смыкается еще несколько пар рук. Аарин, Крис, Саф, Джейс. Его друзья, его поддержка, его семья. Люцифер лишь кивнул, понимая, что его присутствие излишне.
Они так и сидели на полу мастерской, роняя непрошенные слезы на пол и набираясь сил, чтобы принести двум правителям весть об их дочери.
Громкий хрипящий вдох и догоняющий его кашель. Аксинья стояла на коленях, ее растрепанные волосы щекотали оголенные плечи. Ни боли в груди, которую она испытывала секундой ранее, ни мертвой тишины пещеры, ни крутящегося рядом Айка, в последнее мгновение выпрыгнувшего из круга телепортации. Ничего, только поле пушистых одуванчиков, свежий ветерок и ласкающие кожу мягкие лучи солнца.