Второй хорошей новостью стала погода, на которую так жаловался генерал Гальдер. В данном случае можно было бы пошутить: что англичанину хорошо, то немцу – смерть. Ветер немного стих, давление упало, облачность увеличилась, и все эти факторы работали на англичан – прибой стал слабее, посадку в мелкие суда теперь можно было осуществлять быстрее, а низкая облачность и дым от горевших бензохранилищ окутали прибрежную полосу, закрывая значительную часть дюнкеркского рейда, поэтому немецким бомбардировщикам пришлось бомбить почти вслепую.
Ну и наконец в-третьих, самая важная хорошая новость – к побережью прибывали все новые и новые малые суда. К концу дня армии помогала уже целая армада судов самого различного вида и размеров.
Кроме того, командование сухопутных войск на плацдарме тоже не сидело сложа руки. Первые дни эвакуации показали, как трудно грузить людей на суда с необорудованного побережья, поэтому было организовано строительство импровизированных причалов из понтонов и всевозможных подручных материалов. Для крупных судов они, конечно, все равно не годились, но для небольших вполне подходили. По крайней мере три этапа: лодка – малое судно – большое судно – теперь можно было укоротить до двух. Благодаря этим причалам темпы эвакуации войск с плацдарма значительно возросли.
В Англии между тем Черчилль созвал в военно-морском министерстве совещание трех министров вооруженных сил и начальников штабов. «Мы обсудили обстановку на бельгийском побережье, – вспоминал он. – Общее количество вывезенных войск возросло до 120 тысяч, в том числе только 6 тысяч французов; в операции принимали участие 860 судов всех видов. В донесении адмирала Уэйка-Уокера из Дюнкерка указывалось, что, несмотря на усиленную бомбардировку и воздушные налеты, в предшествовавший совещанию час было погружено на суда 4 тысячи человек. Уокер считал, что начиная с завтрашнего дня Дюнкерк, вероятно, уже нельзя будет удерживать. Я подчеркнул, что совершенно необходимо вывезти больше французских войск. Не сделать этого означает нанести непоправимый ущерб отношениям между нами и нашим союзником. Я также сказал, что, когда английских войск останется не больше корпуса, нам нужно будет предложить лорду Горту сесть на корабль и вернуться в Англию, оставив вместо себя командира корпуса. Английская армия должна будет держаться возможно дольше, с тем чтобы эвакуация французов могла продолжаться.
30 мая офицеры штаба лорда Горта, совещавшиеся с адмиралом Рамсеем в Дувре, сообщили ему, что восточную часть плацдарма можно удерживать только до 1 июня. Эвакуация была максимально усилена, чтобы оставить на берегу, если это возможно, английский арьергард численностью не более четырех тысяч человек. Позднее выяснилось, что такой арьергард недостаточен для обороны последних позиций прикрытия, и было решено удерживать английский сектор до полуночи 2 июня, проводя тем временем эвакуацию французских и английских войск на основе полного равенства».
Горту же Черчилль собственноручно написал приказ: «Продолжать защищать существующий периметр для того, чтобы обеспечить максимальную эвакуацию, которая в настоящий момент идет успешно. Каждые три часа докладывать текущую обстановку из Дё-Панне. Если мы сможем по-прежнему поддерживать с вами связь, то пошлем вам приказ эвакуироваться в Англию с теми офицерами, которых вы сочтете необходимым взять с собой, в момент, когда мы посчитаем, что под вашим командованием остались столь незначительные силы, что руководство ими может быть передано командиру корпуса. Вам следует сейчас назначить такого командира.
Если связь будет прервана, передайте командование и возвращайтесь, как оговорено, когда состав вверенных вам войск сократится до трех дивизий. Это согласуется с военными нормами и не нанесет урона вашей чести. С политической точки зрения было бы непростительной ошибкой позволить противнику захватить вас в плен, когда под вашим командованием останутся только незначительные силы. Назначенному вами командующему корпусом вменяется в обязанность обеспечить взаимодействие с французскими войсками и эвакуацию из Дюнкерка или с побережья. Однако если, по его мнению, нанести противнику адекватный урон не удастся, он имеет право, после консультаций со старшим французским командиром, официально капитулировать, чтобы избежать бессмысленных потерь».
Плюс к тому, по настоянию Черчилля министрами неохотно было принято решение предоставить французским войскам равные возможности для эвакуации не только на французских, но и на английских кораблях и судах.