Внезапно парень сделал обманное движение и, увернувшись от рыцарского меча, нанес удар. Но его меч скользнул по закованному в чешуйчатую броню плечу рыцаря, не причинив ему никакого вреда. В ответ сверкнула сталь, и парень упал на траву с разрубленным лицом.
Труп унесли под восторженные вопли толпы. Марк во все глаза наблюдал за происходящим, когда вдруг почувствовал толчок в ребра.
— Твоя очередь, — сказал стоящий за ним пожилой лучник. — Иди, а я уж за тебя помолюсь.
Марк вышел на поле, крепко сжимая в правой руке меч. Со всех сторон его окружали алчные, жаждущие кровавого веселья глаза.
"Хотите посмеяться? Будет вам веселье!" — зло подумал Марк.
Он решил потянуть время. Нелепо размахивая мечом, он изображал неумелого увальня, в то же время не забывая аккуратно уворачиваться от ударов и выпадов рыцаря. Он делал вид, что страшно боится, и корчил глупую физиономию. Успех был полный. Толпа задыхалась от хохота. Генрих Лев рыдал от смеха и утирался плащом своего шута. Даже сам Фридрих изобразил на лице кривое подобие улыбки. Единственным человеком, который не смеялся, был барон Куртвельд. Он никак не мог понять, почему так долго его меч не достигает цели.
Внезапно он изменил тактику, и неожиданный выпад застал Марка врасплох. Он едва успел отклониться и почувствовал на лице прохладный ветерок от просвистевшей рядом стали. Резкое чувство опасности и страха заставило его забыть обо всем постороннем и сосредоточиться на поединке. И как это бывает, стоит только полностью отвлечься от проблемы, которая тебя волнует, и решение всплывает само собой.
Оно возникло мгновенно. Марк знал, что это именно то решение, которое нужно ему, и знал путь его осуществления.
Он мягко перехватил меч в левую руку и принял боевую стойку самурая.
Рыцарь нанес колющий удар. Марк четко отразил оружие и тем же движением коротко полоснул мечом по противнику.
Вероятно, лишь он сам видел, как кончик его меча на мгновение зашел в крохотный промежуток между панцирем и нижним краем шлема рыцаря и вышел оттуда. Толпа продолжала хохотать, когда барон вдруг выронил меч и упал на подогнувшиеся колени. Из-под шлема у него фонтаном брызнула кровь. Послышались отрывистые булькающие звуки, и он упал лицом вниз, окрашивая траву в красный цвет.
В воздухе повисла тишина. Герцог медленно поднимался со своего места, с изумлением глядя на неподвижно лежащего рыцаря. Какая-то дама, застонав, упала в обморок. В первую секунду ей даже не оказали помощь. Но вдруг все словно вышли из оцепенения. Засуетились служанки, приводя даму в. чувство, а по толпе, словно волна, прокатился изумленный ропот.
Наконец, герцог осознал, что его лучший рыцарь мертв, причем мертв от руки никому не известного простолюдина. Его лицо исказила гримаса бешенства. Он открыл было рот, но приказать ничего не успел. На его руку успокаивающе легла не менее властная рука с королевским перстнем.
— Подойди ко мне, воин, — раздался голос Фридриха. Он был явно доволен таким неожиданным исходом поединка, и настроение у него улучшилось.
Марк вложил меч в ножны и подошел к самому подножью помоста, где сидел король со своей свитой. Все шло, как он и предполагал. Элегантно поклонившись дамам, он встал на колено и склонил перед королем голову.
— Ты ведешь себя, как благородный рыцарь, — произнес король. — Скажи нам свое имя и желание. Как победитель, ты имеешь на это право.
— Ваше величество! — Марк постарался вложить в голос как можно больше покорности. — Мое имя слишком ничтожно, чтобы звучать в присутствии великого короля, а мое единственное желание — сражаться рядом с моим королем и умереть за моего короля. Я смею надеяться, что ваше величество осчастливит своего слугу и выполнит его просьбу.
Король был приятно поражен и удивленно смотрел на простолюдина. Столь красиво оформленная речь редко звучала в эти грубые времена, и тем более из уст безродного.
— Сначала ты докажи, что достоин такой чести, — прорычал Генрих Лев. Он был очень зол, и Марк его понимал.
— То, что ты убил Куртвельда, просто случайность. Капитан! — крикнул он себе за плечо. Из его свиты вышел уже знакомый Марку воин. Герцог указал на него.
— Он не рыцарь, но, клянусь святыми апостолами, во всей стране не найдете того, кто владел бы мечом лучше, чем он. Если ты, простолюдин, после того, как высыплется весь песок из часов, будешь еще жив, я сам посвящу тебя в рыцари.
Герцог захохотал, явно довольный своей шуткой. Марк посмотрел на песочные часы. Песка оставалось минут на семь-десять. Марк взглянул на капитана. Было видно, что этот поединок ему неприятен. На его лице было написано сожаление. Марк его понял. Действительно, защищая звание лучшего бойца, он должен попросту зарубить Марка. И не приходилось сомневаться, что он это сделает не колеблясь ни мгновения, даже если это ему не приятно.
Капитан вышел на поле и вынул свой меч. Марк встал напротив него и, чтобы слышал только он, произнес:
— Привет, капитан. Говорил я тебе, что мы с тобой еще встретимся. Меня зовут Марк. Сражайся в полную силу и обо мне не беспокойся.
