Поскольку вспоминание — это реконструирующий процесс, он может выдавать ошибки. Мы можем воссоздавать события в том виде, в котором предпочитаем их помнить, а не в том виде, в каком мы на самом деле их пережили. Людей довольно просто ввести в заблуждение и заставить сформировать неправильные воспоминания, «вспоминая» в мельчайших деталях события, которые они якобы пережили, хотя на самом деле ничего подобного не происходило. Поэтому свидетельства очевидцев в суде — серьезная проблема: они чрезвычайно ненадежны. Многочисленные психологические эксперименты демонстрируют, как легко привить человеку ложные воспоминания, причем сделать их такими убедительными, что люди отказываются признать, что на самом деле этого события никогда не было.
Знания в голове на самом деле являются знаниями в памяти, то есть внутренним знанием. Если мы посмотрим, как люди используют свою память и как они вспоминают, мы выделим несколько категорий.
Две из них очень важны для нас:
1. Запоминание произвольных вещей. Сведения, которые нужно вспомнить, кажутся произвольными, в них нет никакого смысла, и они не имеют никакого отношения ко всему тому, что мы уже знаем.
2. Запоминание значимых вещей. Сведения, которые нужно вспомнить, образуют значимые связи друг с другом или с другой известной нам информацией.
Произвольные знания — это простое запоминание данных, которое не имеет скрытого смысла или структуры. Хорошим примером служит заучивание алфавита, имен людей, иностранных слов — все те случаи, когда, как нам кажется, материал никак не структурирован. Это также относится к набору клавиш, команд, жестов и других процедур, которыми грешат многие наши современные технологии. Это механическое запоминание, проклятие наших дней.
Некоторые вещи нужно запоминать механически, как, например, алфавит. Однако даже тут мы пытаемся как-то структурировать этот, в общем-то, бессмысленный список, превращая алфавит в песенку, используя рифмы и ритм для создания определенной структуры.
Механическое заучивание вызывает проблемы. Сложно выучить произвольный набор данных, и на это может потребоваться много времени и усилий. Зазубренный материал не даст никакого намека на то, что можно сделать, чтобы справиться с реальной проблемой. К сожалению, этот метод — по-прежнему основной в большинстве школ, а еще чаще применяется при обучении взрослых. Именно так некоторых людей обучают работать на компьютерах или готовить. Именно так нам приходится учиться использовать некоторые новые (плохо спроектированные) технологические устройства.
Мы заучиваем произвольные последовательности действий, искусственно структурируя их. В большинстве книг и курсов по улучшению памяти предлагается определенный набор стандартных методов структуризации материала, чтобы запомнить самые произвольные данные, например списки продуктов или последовательность букв. Бывает, что люди, которые не прошли такую подготовку или изобрели собственные методы запоминания, пытаются придумать какую-то искусственную структуру, но часто такие попытки не приносят плодов, поэтому учиться так трудно.
Большинство вещей в мире имеют разумную структуру, что значительно упрощает запоминание. Когда что-то имеет значение, оно соответствует знаниям, которые у нас уже есть, так что новый материал можно понять, осмыслить и встроить в тот материал, который был получен ранее. Теперь мы можем использовать правила и ограничения, которые помогут нам понять, как соотносятся наши новые и старые знания. Наделенная смыслом структура может организовать кажущийся хаос.
Помните, как мы обсуждали концептуальную модель в главе 1? Отчасти ее сила в том, что она может придавать вещам смысл. Давайте рассмотрим на примере, как осмысленное понимание чего-то превращает задание, казавшееся произвольным, в очень понятное и естественное. Заметьте, что правильное понимание задания не всегда лежит на поверхности; это тоже своего рода знание, и к нему тоже нужно прийти.
