Увы, в данном случае различный масштаб цен не позволяет оценить реальные темпы роста инвестиций в создание ракет. В то же время из служебной документации первого отдела Госплана известно, что существовала комплексная программа развития научно-исследовательской и опытно-конструкторской базы реактивной и ракетной техники, рассчитанная на 10 лет. С 1946 по 1955 год на нее планировалось истратить 46 млрд рублей в дореформенных ценах[220]. С начала 1950-х годов начали формировать перспективный план финансирования так называемых специальных работ, подразумевавших ввод в действие основных предприятий атомной промышленности и начало серийного производства ракет. В отчете спецгруппы при Минфине СССР указаны совокупные расходы на развитие атомной и ракетной промышленности, запланированные на период второй послевоенной пятилетки. Всего на развитие атомной и ракетной промышленности планировалось истратить более 64,8 млрд рублей в ценах 1950 года[221]. В общем объеме запланированных капитальных вложений в народное хозяйство траты на «спецработы» составляли 3,8 %[222]. Если же говорить не о планах, а об отчетах, то уже в 1950 году на «спецработы» было потрачено 8,61 млрд рублей[223]. Таким образом доля расходов на новые оборонные проекты в этом году – порядка 1,2 % от национального дохода СССР, составлявшего 725 400 млн рублей[224]. Удельный вес расходов советских военных организаций в национальном доходе за 1950 год составил 14,2 %. С учетом дотаций, выделявшихся оборонной промышленности, вес военных расходов в национальном доходе возрастал до 20 %. А если прибавить к этому приведенные выше данные по «спецработам», можно утверждать, что по итогам первой послевоенной пятилетки траты на военные нужды поглощали четвертую часть национального дохода СССР[225].
К концу 1950-х, с ростом распространения ракетной техники, затраты росли в геометрической прогрессии. С 1957 по 1961 год траты только на ракетно-космическую технику увеличились в 10 раз – с 17,2 млн рублей в 1957 году до 179,8 млн рублей в 1961 году[226]. При этом цены на ракеты выглядели действительно космическими по сравнению со средней зарплатой гражданина СССР. Ракета Р–9, к примеру, стоила 1,374 млн рублей, а Р–16 – 1,418 млн рублей[227]. В то же время средний заработок за месяц составлял примерно 100–120 рублей. В целом же на создание атомной, ракетной и радиолокационной техники в период с конца войны и до начала 1960-х ежегодно тратилось от 1,2 до 3 % произведенного национального дохода страны[228]. Много это или мало – судите сами.
Приоритетное развитие связанных с обороной отраслей привело к тому, что наиболее высококлассные специалисты стремились работать именно в них. Зарплаты там были солиднее, жилье давали быстрее, да и сам по себе уровень жизни во многих закрытых городах, связанных с ВПК, чаще всего был выше, чем в среднем по стране. Это привело к значительному оттоку квалифицированных кадров из гражданского сектора, что лишь усугубило его и без того шаткое положение. Да и в целом в первые годы работ по атомному и ракетному проектам едва ли не любые гражданские предприятия по первому требованию переформатировались и переводились на выпуск необходимой новым отраслям продукции.
Дмитрию Устинову тоже порой приходилось в буквальном смысле «отнимать» заводы у гражданской промышленности. Так случилось, к примеру, в начале 1950-х, когда ему пришлось срочно искать промышленную базу для серийного производства ракет – мощностей опытного завода в Подмосковье уже не хватало. После недолгих поисков он нашел подходящую площадку. Ей оказался днепропетровский автозавод, решение о строительстве которого было принято ГКО еще после освобождения города в 1944 году. В условиях послевоенного восстановления строительство предприятия велось довольно медленно, и только к началу 1950-х годов с конвейера завода сошли первые прицепы. Затем было налажено производство автопогрузчиков, а позже – и грузовых автомобилей. К тому моменту, как Устинов заприметил завод, на нем успели выпустить всего около сотни машин. После доклада Сталину обсуждение длилось недолго. Министр автомобильной промышленности пытался было возразить, что стране нужны грузовики, но Сталин был непреклонен и заявил, что если у страны не будет ракет, то не будет и грузовиков[229]. На месте автозавода был создан завод № 856, ставший спустя годы всемирно известным «Южмашем». Подводя итог вышесказанному, гонка вооружений, съедавшая значительную часть национального дохода, подрывала усилия правительства, направленные на развитие народного хозяйства в целом. СССР не был заинтересован в этой гонке, так как больше других участников Второй мировой войны нуждался в восстановлении. Огромные материальные затраты, которых потребовало участие в этом военно-политическом соревновании, предопределили отставание в уровне жизни советских граждан на годы вперед.
