Работал: написал лица молод[ого] мужчины, арапа и аббата. Приезжала Женя из Ц[арского]. Я ее обрадовал тем, что вручил ей сумму за прод[анную] мою акварель (этюд тюфяков на заборе) 20–10 [тысяч рублей][1541]. Она пожелала со мной расплатиться и теперь совершенно со мной расквиталась — я ей половину ее долга простил. Сегодня по случаю кануна годовщ[ины] сов[етской] власти ночью факельцуг[1542] и можно двигаться по улицам до часа ночи. Татьяна выстояла до 8-ми ч[асов] в ожидании покупки белого хлеба. Во время обеда приходила Катя Ц[емирова]. Женя дал нам cacao-chova[1543]. Я пошел к N.N. to have a fuck. Had her[1544].
У них холодно, одна свечка. Дома после 10-ти. Вернулся в чудесную ночь с вуалированной тучами луной. Дочел книгу о Daumier. К[атя] Ц[емирова] принесла изв[естие], будто Гатчина обратно взята белыми.
7 ноября, пятн[ица]
2-я годовщина сов[етской] республики. Начал работать позднее. Мерз. Приходил среди дня Г[ригорий] С[томатьевич]. Пил с ним чай. К обеду В.П. Лобойков, и в его честь лучше, чем обыкн[овенный] обед, — суп капуст[ный] с сельдереем, лапша с домашняя с зел[еным] сыром. Настоящий кофе. Закуска — редька с луком, а десерт — клюква с сахаром. С[ергей] Д[митриевич] дал по рюмочке cacao-chova.
После обеда Лоб[ойков] сейчас же ушел, а пришла к Анюте ее томит[ельная] и скучнейшая Любочка. Читал из «Student’s Literature»[1545] о Chaucer’e и Congreve’e.
8 [ноября], суббота
Утром приехал Н.П. Ряб[ушинский]. Хотел купить что-нибудь у меня, но у меня ничего не нашлось. Работал над платьем дамы — не понравилось. Не выходил.
Вечер[ом] одни — Клочановы не пришли, и мы одни съели приготовл[енные] для них ватрушки. Теперь все мысли о еде! И разговоры! Прочел первую главу из «Meister Floh»[1546] изд[ании] J. Bard’a[1547]. Начинается история очаровательно. И эти главы — шедевр. Потом, сколько я теперь помню, начнется путаница и стройность рассказа нарушится.
Несколько ночей, засыпая, придумал подробности для картины — шабаш. Снег, холодно, канал покрылся льдом.
9 [ноября], воскр[есенье]
Работал до 4-х — зелень лужаек. Не нравится цвет платья — надо его исправить, хотя бы пестрым узором. Заходил Хайкин, принес раму, я к нему ходил с вставленной в нее картиной, повесил ее ему в рабочий кабинет, он угостил меня тремя рюмками водки с селедкой (sic! и я ее ел!). И днем выпил спиритуозного: Дима с Женей дали мне от порции приготовленного для балетных девиц. Вечером пришел А.П. Келлер, говорили о музыке, я спел под его аккомп[анимент] две италь[янские] песни Бетховена и «Финский залив» Глинки. У Анюты был барон.
В 10 я ушел на дежурство, но сейчас же вернулся домой до 2-х часов. Буду сторожить пять домов от 2-х до 6-ти. До 10-ти у нас был Г[ригорий] Стом[атьевич] П[иньятелли].
В 2 пришел сменять чухонца Болта, ключей не было, поэтому сиденье уж совершенно бессмысленное, насмешки; в половине 3-го пришел как[ой-то] челов[ек], спрашивал ключи от [дома] № 99[1548] и был недоволен. Сидел в швейцарской 93-го [дома], боролся с холодом, иногда выходил на улицу, была чудная лунная ночь.
В половине 5-го решил идти домой, согрел себе земл[яничный] чай, выпил его и в 5 опять пошел на улицу. В четверть 7-го пошел домой. Видел чудную громадную утрен[нюю] звезду, как бол[ьшой] бриллиант.
10 [ноября], понед[ельник]
Утром встал поздно, забегал Элькан, потом я стал делать узор на платье дамы. Вечером приходил скучнейший Платер. Читал «Meister Floh».
11 [ноября], вторник
Писал опротивевшую уже мне картину — будет из неудачных. Мерз, потом пил какао. Вечером в столовой у камина, котор[ый] неважно разгорался. Пришла Бенезе, а потом оба Пиньятелли. Кормили их салатом из редьки с луком и капусты.
Бенезе ушли раньше. Болтали до 12-ти ч[асов] ночи.
12 [ноября], среда
Солнеч[ный] морозный день — писал и мерз. В 5 стал топить печь в спальне. Пришел Рябуш[инский], приносил показывать двух неважных Риттов, котор[ых] я забраковал (100 т[ысяч]). Ряб[ушинский] пригласил нас завтра днем. После обеда у Григория купил три ф[унта] хлеба — 690 р[ублей] (!). Сидел у печки и ел его. Пришел Верейский, в спальне около печки сидели с ним, говорили. Показывал ему новые картины и «Microcosm of London»[1549], пили чай, он ушел, а мы перебр[ались] к П[иньятелли] в комнату Ю[лии] С[томатьевны], где еще раз пили чай. Я смотрел 3-й том «Microcosm’a». Да: мы болтали, мне сделали синии барх[атные] рукавицы на красн[ой] барх[атной] подкладке и опушенные горностаем. Читал о S. Butler’e и Dryden’е из ист[ории] анг[лийской] литературы.
13 ноября, четверг
