Скоро кончится война, Скоро Гитлеру капут, Скоро временные жены, Как коровы, заревут.
Вот и кончилась война, Как бы нам не прозевать, По 20-му талону Будут мальчиков давать.
Ах ты, Гитлер косоглазый, Тебе будет за грехи. На том свете девки спросят: А где наши женихи?
Светит месяц высоко, Не достанешь палочкой! Через Гитлера косого Не походишь парочкой.
Скоро кончится война, Мы вернемся к женушкам, А погоны и ремни Оставим ухажорочкам.
1945 Как под городом Орловым
Шли жестокие бои, Чернобровые мальчишечки Лежали все в крови.
Девок много, девок много, Девок некуда девать. Скоро лошади подохнут, Будут девок запрягать.
На тарелочке — две вилочки, Кусочек пирожка, Полбутылочки наливочки Для милого дружка.
Ах, каки сейчас подружки, Отбивают друг у дружки. Я сама теперь того, Тай отбить бы у кого.
6-го июля. Переехали всей семьей в Переделкино. На грузовике. Чудесно. Люша приладила новый гамак. Начал писать сказку о Карагоне [позднее сверху вписано: «Бибигоне». — Е. Ч.] — последнюю сказку моей жизни.
Милая подружка, Посмотри на небо. Не летит ли лейтенант, Не везет ли хлеба.
25 июля. Сказка моя затормозилась. Написанное кажется бездарным. Третьего дня ВОКС прислал мне извещение, что в «Atlantic Monthly» идет моя статья о Чехове. Я в ужасе. Ведь статья моя огромна, а «Atlantic Monthly»[17] маленький журнал, где может быть помещена одна десятая этой статьи! Что именно выковыряет из нее издатель? И тогда же, третьего дня, от неизвестной причины заболели пять моих утят и после страшных мучений трое из них скончались. (Может быть, съели мухомор?) Двое выжили. Хоронили умерших очень торжественно. Женя сделал милую могилку.
15 октября. Переезд в город с дачи. 2 ночи бессонные. Вчера — в Колонном зале. Ужас. Жду 10 часов: будет ли передаваться «Бибигон»? Боюсь, что нет. Читал ночью «Пиквика», переписку Блока и Белого, — черт знает, куда себя приткнуть. Скорее бы дожить! — или умереть!
21 марта 46. Я в Узком. Артист Малого театра Михаил Фран- цевич Ленин. Тотчас же стал развивать свою любимую тему: «гиб- нет(?) великий русский язык». В. В. Виноградов с женой: готовит доклад в Союзе Писателей «О безграмотстве (?!) Леонова, Феди- на, Гладкова и др.». Ромашов правильно сказал ему, что беда вовсе не в «искажениях» русской речи со стороны Леонова и др., а в ее нивелировке, в ее обеднении и обескровливании; в произволе редакторов.
26 марта 46. Мне очень нравится академик Иван Матвеевич Виноградов, знаменитый математик. Вчера мы гуляли с ним и со здешней девочкой (12 лет) Мариной.
Я занимаюсь Некрасовым: сверяю черновые тексты, делаю выписки для «Литературного наследства».
марта. Погода: солнце, мороз, здоровье. Вчера я прочел пьесу Ромашова «Знатное семейство», очень хорошая пьеса, умело написанная. Гулял с Ив. Матв. Виноградовым, тот рассказал, что он ехал в поезде лет 15 назад и перед ним козыряли какие-то студенты своей ученостью, принимая его за бухгалтера, — и девицы смотрели на него сверху вниз — и вдруг в Севастополе к их вагону подошел шофер и сказал:
— Машина для академика Виноградова.
Он и сейчас с удовольствием вспоминает этот эффект.
марта. Вьюга. Бешеный ветер с севера. Как будто никогда и не бывало вчерашнего солнца (7 часов утра).
На балконе опять шарады, загадки, анекдоты.
Вор украл в вагоне у В. В. Виноградова бумажник. Тот сидел в вагоне и изучал Пушкина, подчеркивая те слова текста, которые были непонятны.
1946 Вор: Что это вы делаете?
Виноградов: Составляю глоссарий. Вот видите ли (и объяснил ему целесообразность и необходимость такой работы).
Вор: Выйдем-ка со мною на площадку. Вот вам ваши деньги, вот ваш бумажник. У вас грешно брать. Приходите на Покровку в кафе. Спросите Кучерова.
Жена академика Наметкина оказалась родственницей Маршака: ее дочь замужем за Эликом.
Вчера В. В. Виноградов много любопытного сказал мне о Некрасове, о его поэтике.
Читаю Станиславского: мизансцены к «Чайке» под редакцией Балухатого. Какие это все пустяки по сравнению с «Чайкой»: орешки, папироски…
Сейчас сдуру читал публично академикам и членам корреспондентам отрывки из своей книги о Чехове.
Познакомился с ректором университета Галкиным Ильей Саввичем. Разговоры о Лебедеве-Полянском, Мещанинове, Зиль- берштейне.
На душе очень тревожно: как перед казнью: завтра день моего рождения.
Виноградов вступился за Балухатого. Я в своей книге о Чехове ущемил его, чуть-чуть царапнул.
1 час ночи. Принял мединал. Не заснул.
У Чехова в «Чайке»: «- Лечиться в шестьдесят лет!
И в шестьдесят лет жить хочется.
Лечиться в шестьдесят лет,, жалеть, что в молодости мало наслаждался, это, извините, легкомыслие».
Но ведь легкомыслие главное мое спасение. 1946
Как чудесно, что в великий предсмертный канун я еще раз могу с волнением и радостью читать Чехова.
Не заснул и с мединалом.
1 апреля 1946. День моего рождения. Хотя я не спал ночь, хотя ничего радостного я не жду, хотя и впереди и позади горькие обиды и смерти, настроение благостное, вполне именинное. Погода с утра ясная.
Первый подарок: дивная бумага от В. В. Виноградова!!!
