Я невольно оглянулась. Убедившись, что никого нет, серебряным совком я набрала полный стакан так, что уже не могла закрыть крышку, а потом захлопнула ледогенератор и задернула занавеску. Пока я шла к столу, лед гремел в стаканчике. Устроившись на стуле с подушкой, я открыла дневник. Пришло время составлять план на будущее, когда я останусь без долгов и получу 320 миллионов вон. Я написала на пустой странице:
Моя 1,2-комнатная квартира с галогенными лампами была уютной, но зимой в ней было слишком холодно, летом – слишком жарко, а недавно еще и сломался кондиционер. Стоило открыть окно, становилось слышно пьяных гуляк, видно свет неоновых вывесок, в квартиру проникали запахи отходов. Нужно было переезжать. Я записала свои требования к новому жилью: не больше сорока минут до работы, как минимум одна спальня, раздельные кухня и гостиная, хорошая вентиляция, парковка, балкон. Хорошо бы иметь полноценную квартиру в новостройке рядом с парком. Перееду в сентябре, оформлю аренду.
Ынсан постоянно советует мне купить дом. Просторный, в которым будет на одну ванную и комнату больше, чем мне нужно. Она сама изучает этот вопрос, но оказалось, что все не так просто. Она сказала, что каждый день обивает пороги агентств по недвижимости. Просит показать ей дома, выставленные на продажу, притворяясь будто планирует уже сейчас переезжать в этот район. Рассказала, что присматривается к недвижимости в разных районах, тщательно взвешивает каждую мелочь, например окружающую среду и инфраструктуру. Я внимательно слушала Ынсан, но, честно говоря, плохо разбиралась в квартирном вопросе. У меня до сих пор не хватает смелости так бесстыдно ходить и просить показать дома, как будто я собираюсь купить их прямо сейчас. Такой дом мог оказать слишком дорогим, и мне пришлось бы брать кредит. Что, если я куплю такую дорогую квартиру, что мне придется брать кредит, но после того, как я поживу в ней, она мне не понравится? Что, если я попытаюсь продать ее, а цена значительно упадет? Я размышляла об этом. Возможно, когда-нибудь я передумаю, но не сейчас, так что пока я просто арендую квартиру. Я обвела фразу «аренда с предварительным задатком» в кружок. Честно, я была счастлива уже от того, что могу оставить залог и не платить за аренду. Я поставила рядом звездочку и перевернула дневник на следующую страницу.
Я оперлась подбородком на руку и посмотрела в окно. Вдалеке я увидела проезжающий бежевый минивэн, как раз такой, какой водила моя мама. Мама больше не может водить автобус № 09. Выздоровев, она долго не могла начать работать, а недавно позвонила и сказала мне, что нашла работу кассиром в магазине J-Mart. Магазин находился далеко от дома, и я беспокоилась, что маме, у которой после травмы болят ноги, особенно когда идет дождь, придется много времени проводить стоя. Мама сказала, что справляется и оно того стоит.
– Когда целый день смотришь, что люди покупают, начинаешь удивляться, как много они едят сладостей от «Марон». Шоколадные бомбочки всегда продаются на ура, а летом из-за жары отлично расходятся и ледяные шоколадные бомбочки.
Когда мама видит наши продукты на кассе, она с гордостью думает: «Это делает моя дочь. Люди их так любят. Моя дочь такая умница, ее работа полезна для общества». Все думают, что я делаю шоколадные бомбочки, потому что работаю в «Марон». Я хотела сказать маме правду.
Мам, я не имею к шоколадным бомбочкам никакого отношения. Сейчас я отвечаю за картофельные чипсы с яблочным вкусом. Слышала о них? Их, наверное, не продают у вас в магазине. Если бы они назывались иначе, то, может быть, и продавались бы лучше. Это картофельные чипсы со вкусом яблока, даже не яблочные чипсы со вкусом картошки. Кто, черт возьми, будет есть такое? Они не особо популярны, но некоторым нравятся. И благодаря таким людям я могу зарабатывать на жизнь. Даже если это кажется странным, попробуй, мам, они вкуснее, чем можно подумать.
Но я так ничего и не сказала, просто улыбалась, лишь бы не разрушить мамины представления о том, что я делаю шоколадные бомбочки. Я прекратила писать и открыла пудинг, который мне подарила Джисони. Попыталась зачерпнуть его ложкой, но горлышко банки оказалось слишком узким, так что ложка едва помещалась внутрь. Я хотела протолкнуть ложку, но в итоге сдалась и попыталась засунуть в баночку язык, чтобы слизать пудинг со стенок. Сладкий заварной крем попал на кончик языка. Ох, как же вкусно… Я смогла попробовать лишь капельку. Закрывая банку, я заметила коробку с нашей продукцией под столом. Шоколадные бомбочки, мини-бомбочки и прочие знакомые мне снеки. Я взяла пирожное в форме полумесяца и съела его за один укус. Что-то знакомое. Сладкий и воздушный зефир поверх контрастного шоколадного вкуса, к которому я уже так привыкла. Я сделала еще один глоток кофе, и яркий вкус пропал. Если честно, у нас хорошая продукция. Это неоспоримо.
