– Нельзя, мужичок, нельзя, – сказал лукавый маэстро. – Ты напьешься и все забудешь.
– Кто?! – заорал стражник. И лапнул маэстро за грудки. – Кто тут меня учить будет?! Ты, козел? Да я тебя… в три узла завяжу, вонючка! Я вас всех понесу по кочкам!..
– Что они так обожают кочки? – удивился изящный черт. – Один собирался нести по кочкам, другой… Какие кочки вы имеете в виду, уважаемый? – спросил он стражника.
– Цыть! – сказал стражник. – «Камаринскую»!
– «Камаринскую», – велел изящный музыкантам.
– Вина! – рявкнул стражник.
– Вина, – покорно вторил изящный.
– Может, не надо? – заспорил притворяшка маэстро. – Ему же плохо будет.
– Нет, надо! – повысил голос изящный черт. – Ему будет хорошо!
– Друг!.. – заревел стражник. – Дай я тебя поцелую! Иди ко мне!..
– Иду! – откликнулся изящный черт. – Счас мы с тобой нарежемся! Мы их всех понесем по кочкам! Мы их всех тут!..
Иван удивленно смотрел на чертей, что крутились вокруг стражника; особенно изумил его изящный черт.
– Ты-то чего раздухарился, эй? – спросил он его.
– Цыть! – рявкнул изящный черт. – А то я тебя так понесу по кочкам, что ты…
– Что-что? – угрожающе переспросил Иван. И поднялся. – Кого ты понесешь по кочкам? Ну-ка повтори.
– Ты на кого это тут хвост поднимаешь? – тоже угрожающе спросил верзила стражник Ивана. – На моего друга?! Я из тебя лангет сделаю!
– Опять лангет, – сказал Иван, останавливаясь. – Вот дела-то!
– «Камаринскую»! – раскапризничался изящный черт. – Иван нам спляшет. «Камаринскую»! Ваня, давай!
– Пошел к дьяволу! – обозлился Иван. – Сам давай… с другом вон.
– Тогда я не посылаю с тобой черта, – сказал изящный черт. И внимательно и злобно посмотрел на Ивана. – Понял? Попадешь ты к Мудрецу!.. Ты к нему никогда не попадешь.
– Ах ты, харя ты некрещеная! – задохнулся от возмущения Иван. – Да как же это? Да нешто так можно? Где же стыд-то у тебя? Мы же договорились. Я же такой грех на душу взял – научил вас, как за ворота пройти.
– Последний раз спрашиваю: будешь плясать?
– О-о, проклятие!.. – застонал Иван. – Да что же это такое-то? Да за что же мне муки такие?
– «Камаринскую»! – велел изящный черт. – «Пошехонские страдания».
Музыканты-черти заиграли «Камаринскую». И Иван пошел опустив руки, пошел себе кругом, пошел пристукивать лапоточками. Он плясал и плакал. Плакал и плясал.
– Эх, справочка!.. – воскликнул он зло и горько. – Дорого же ты мне достаешься! Уж так дорого, что и не скажешь, как дорого!..
И вот – канцелярия. О, канцелярия! Вот уж канцелярия так канцелярия. Иван бы тут вконец заблудился, если бы не черт. Черт пригодился как нельзя кстати. Долго ходили они по лестницам и коридорам, пока нашли приемную Мудреца.
– Минуточку, – сказал черт, когда вошли в приемную. – Посиди тут… Я скоро. – И куда-то убежал.
Иван огляделся.
В приемной сидела молоденькая секретарша, похожая на библиотекаршу, только эта – другого цвета и зовут Милка. А ту – Галка. Секретарша Милка печатала на машинке и говорила сразу по двум телефонам.
– Ой, ну это ж пшено! – говорила она в одну трубку и улыбалась. – Помнишь, у Моргуновых: она напялила на себя желтое блестящее платье – копну сена, что ли, символизировала? Да о чем тут ломать голову? О чем?
И тут же – в другую, строго:
– Его нету. Не зна… А вы не интонируйте, не интонируйте, я вам пятый раз говорю: его нету. Не знаю.
– Во сколько ты там был? В одиннадцать? Один к одному? Интересно… Она была одна? Она кадрилась к тебе?
– Слушайте, я же ска… А вы не интонируйте, не интонируйте. Не знаю.
Иван вспомнил: их библиотекарша, когда хочет спросить по телефону у своей подруги, у себя ли ее начальник, спрашивает: «Твой бугор в яме?» И он тоже спросил Милку:
– А бугор когда будет в яме? – Он вдруг что-то разозлился на эту Милку.
Милка мельком глянула на него.
– Что вы хотите? – спросила она.
– Я спрашиваю: когда бу…
– По какому вопросу?
– Нужна справка, что…
– Понедельник, среда, девять тире одиннадцать.
– Мне… – Иван хотел сказать, что ему нужна справка до третьих петухов.
Милка опять отстукала:
– Понедельник, среда, с девяти до одиннадцати. Тупой?
– Это пшено, – сказал Иван. И встал и вольно прошелся по приемной. – Я бы даже сказал – компот. Как говорит наша Галка, «собачья радость на двух», «смесь козла с «Грюндиком». Я спрашиваю глобально: ты невеста? И сам отвечаю: невеста. Один к одному. – Иван все больше накалялся. – Но у тебя же – посмотри на себя – у тебя же нет румянца во всю щеку. Какая же ты невеста? Ты вот спроси у меня – я вечный жених – спроси: появилась у меня охота жениться? Ну-ка спроси.
– Появилась охота?
– Нет, – твердо сказал Иван.
Милка засмеялась и захлопала в ладоши.
– Ой, а еще? – попросила она. – Еще что-нибудь. Ну пожалуйста.
Иван не понял, что «еще».
– Еще покажите что-нибудь.
