Я тщетно пыталась отцепить ее руку от своей лодыжки, чтобы выбраться обратно. В конце концов мне пришлось оторвать ее с запястья, чтобы сбежать. Выбравшись из-под земли, я все еще сжимала в пальцах ее серебряный браслет; амулеты на нем ярко сияли в лунном свете. Я проснулась, хватая ртом воздух. Я
После визита полиции у меня не хватило смелости осуществить свой план и рассказать Марку о своем детстве – о моей все контролирующей, манипулирующей мною матери и отце-убийце. Момент оказался слишком уж неудачным. Я боялась, он не поверит, что я не имею никакого отношения к похищению Оливии, если будет вооружен этим знанием. Тем более я знаю: Марк в курсе, что я не провела в постели всю ночь – что у меня была очередная отключка с провалом в памяти.
Перед тем как лечь спать, я получила ответную эсэмэску от Ройшин. Мы договорились встретиться сегодня, после обеда. Она предложила пересечься в городе, но я предпочла бы полное уединение, поэтому написала, что хотела бы приехать к ней. Марк повезет детей навестить своих маму и папу, так что перед отъездом у меня есть немного времени, чтобы заняться вопросом браслета, который, как я чувствую, больше не находится в полной неприкосновенности в сарае. Там его слишком легко найти. Думаю, как раз это и пытался сказать мне мой сон. Либо так, или же я и вправду имею какое-то отношение к похищению Оливии. Если они найдут ее тело, обугленное и закопанное, со мной случится сердечный приступ.
Еду к Ройшин в Топшем. У нее потрясающий дом прямо на берегу реки, и всякий раз, когда я приезжаю сюда, мне не хочется уезжать. Я люблю свой дом, поймите меня правильно, но меня привлекают захватывающие виды на реку и Хэлдонские холмы вдалеке. Мы сидим на открытой дощатой террасе в саду, который, благодаря его юго-западному расположению относительно дома, сейчас залит солнцем и где тепло и ярко. Поднимаю лицо к солнцу, чтоб хотя бы на миг представить, что все в моей жизни прекрасно и замечательно.
– Итак, в чем дело? – Ройшин разрушает эти чары. – В смысле, могу предположить, что у тебя есть что-то, что тебе нужно снять с груди?
На долю секунды мне кажется, что я слышу раздражение в ее голосе, но тут же понимаю, что это скорее беспокойство. В последний раз я таким вот образом пригласила себя в гости, когда никак не могла оправиться от интрижки Марка. Обычно я жду приглашения, или же мы встречаемся в городе, чтобы выпить кофейку и пообщаться, а иногда вчетвером – она, ее партнер Гарри, Марк и я – идем куда-нибудь поужинать.
Делаю долгий, медленный вдох, затем так же медленно выдыхаю. Проделываю это дважды.
Ройшин поднимает солнцезащитные очки на лоб и смотрит на меня широко раскрытыми янтарными глазами.
– Похоже, мне стоит подготовиться к чему-то монументальному, – произносит она с неловким смешком.
– Прости. Мне ужасно неловко вываливать все это на тебя. – Подаюсь вперед, сцепив руки на стеклянном столике.
– Нет, нет, перестань, все нормально! Но не стоит ли мне допить свое вино, пока ты не выпалила в меня дуплетом из обоих стволов одновременно?
Улыбаюсь ей и, кивнув, говорю:
– Пожалуй, это разумно.
Ройшин идет к раздвижной задней двери, на несколько секунд исчезает и возвращается с бутылкой. Наполняет свой бокал и протягивает руку, чтобы наполнить мой. Накрываю его ладонью.
– Лучше не надо. Одного вполне достаточно – я все-таки за рулем, забыла?
– Конечно, извини. Ты просто заставляешь меня нервничать. – Она делает большой глоток из своего бокала и держит его в руках, глядя на меня через стол. – Ну давай уже, выкладывай.
– Слышала о пропавшей женщине из моей деревни? – говорю я, и без того зная ответ, потому что мы упоминали об этом в наших сообщениях. – Еще не дошло, кто она такая?
Ройшин откидывается назад, приоткрыв рот. Секунду лишь шевелит губами, затем кивает головой.
– Сразу не дошло. Но теперь – да. Блин. Это
– Вот именно. – Поднимаю брови и жду следующей реакции Ройшин.
– В новостях сказали, что ее похитили, Джен! Слава богу, это произошло не сразу после того, как ты набросилась на нее из-за того, что она переспала с Марком, или… – Глаза ее сужаются. – Погоди-ка… Я знаю, это ужасно и все такое, но почему ты настолько перепугалась, чтобы приехать сюда и поговорить об этом?
Как будто она уже знает. Нутром чую, что за этим кроется нечто большее, чем кажется на первый взгляд.
– Ну, в основном потому, что я беспокоюсь, что полиция начнет копать и раскроет всю эту историю – и мы каким-то образом окажемся объектом пристального изучения… Нас буквально под микроскопом начнут рассматривать. – Кручу свой бокал за ножку, проворачивая его на столе и не смея посмотреть подруге в глаза.
