Дочь серийного убийцы полностью

Хотя я постоянно возвращаюсь к одному и тому же вопросу. На черта ему это делать? В голову приходит лишь одно правдоподобное объяснение, и это все та же смехотворная мысль, что изначально у меня родилась: что Марк с Оливией обстряпали все это на пару. Надо попытаться мыслить логично и все разложить по полочкам. Ключи от моей машины больше никто взять не мог. Если только они не обзавелись собственным набором. Можно ли заказать слесарю ключ от машины с такой же легкостью, как и ключ от дома? Если б у кого-то имелся доступ к моей «Вольво», то он или они могли бы использовать ее, чтобы похитить Оливию и перевезти туда, где ее прячут. В моей машине найдут ее ДНК, и я не сумею доказать, что это не я ее похитила. Единственный выход из этого положения – самой найти того, кто это сделал.

В голове вдруг мелькает воспоминание – живая картинка сцены одного из убийств.

И на ней не та лачуга, в которой я бывала.

Внезапное осознание обрушивается на голову приливной волной. Когда я впервые оказалась там, то лишилась чувств и не помнила всех деталей. А потом, в другой раз, папа завязал мне глаза, поднял меня на руки и понес дальше.

А затем – куда-то вниз.

Господи… Мы спустились под землю!

Тот факт, что я прячу всякие вещи в сарае, а также хороню секреты под землей, означает, что я такая же, как он. Или, по крайней мере, бессознательно переняла кое-что от него. Чем ближе я к правде о том, что происходит, тем страшней мне становится. Похоже, что меня подставили. Настоящий исполнитель этого преступления, подражатель, хочет, чтобы я поверила, что это могла быть я, – и, естественно, хочет, чтобы в это поверила полиция. Мне нужно разобраться во всем этом до того, как Дэвис и Бишоп официально предъявят мне обвинение. Пусть даже сейчас я и выпущена под залог, это решение может быть отменено, если они сочтут, что я представляю опасность для общества. Скорее всего, у меня не так уж много времени, чтобы доказать свою невиновность и дать им повод подозревать кого-то другого.

Если человек, который оставлял мертвых животных, прознал обо мне – о том, кто я такая, – и знает обо мне, моем отце и его преступлениях больше, чем я думаю, тогда, скорее всего, этот же преступник и похитил Оливию. Все это взаимосвязано. Как недавно и предположила Ниша. А истинному подражателю наверняка хотелось бы воспроизвести как можно больше подробностей оригинальных преступлений. На протяжении многих лет я всеми силами старалась забыть то, что видела. Мне это практически удалось, и теперь хоть убей не смогу припомнить большинство деталей, несмотря на изредка мелькающие в голове картинки. И понятия не имею, с чего начать поиски Оливии.

Письма…

Найдя последнее письмо от отца, внимательно перечитываю его. Участок земли, на котором были обнаружены тела убитых им женщин, принадлежал ему. Он купил его, когда они с мамой только поженились, поскольку знал, что ему нужно будет продолжать заниматься своим «хобби» без посторонних глаз. Вот почему отец чувствовал себя там в безопасности. Но все равно дополнительно подстраховался. Он закопался под землю – устроил свою собственную нору на приличном расстоянии от того места, где оставлял своих жертв, чтобы их нашли.

Итак, куда подражатель мог отвезти Оливию?

И тут меня осеняет. Участок земли, на котором расположена ветеринарная клиника, принадлежит мне и Самиру. Это около пятидесяти акров, в основном леса. На прилегающих полях недавно было не протолкнуться от полиции, но готова поспорить, что никто целенаправленно не искал какое-либо сооружение ниже уровня земли, где можно было бы надежно упрятать Оливию. Первоначальные поиски, скорее всего, были сосредоточены на обнаружении каких-либо признаков Оливии – или ее тела – или, возможно, одежды. Невольно вздрагиваю. Если это преступление истинного подражателя, то он, безусловно, должен стремиться воспроизвести все вплоть до местоположения. Задаюсь вопросом, не опоздала ли я – может, Оливия уже мертва…

Нет. Это было бы не в стиле моего отца. Сначала он играл со своими жертвами, как с игрушками, забавлялся с ними. В статьях из СМИ, которые я недавно прочла, упоминалось, что женщины пропадали без вести за девять дней до того, как их находили. А сразу после того, как отец «доводил их до совершенства», ему хотелось продемонстрировать всем дело своих рук, поэтому он переносил тела с места убийства в какое-то другое место поблизости. Он хотел славы, так что оставлял женщин там, где их было бы легко найти. Поскольку Оливия до сих пор не обнаружена, я надеюсь, что это добрый знак.

Преступник еще не закончил.

Но время на исходе.