Конни почувствовала, как сжалось что-то в груди. Часы шли за часами, а отец все не возвращался, и она уже сама не понимала, чего ради до сих пор делает из этого тайну. Все равно правда скоро выйдет наружу. Но, с другой стороны, у нее сейчас не было никакой охоты что-то кому-то объяснять.
– Не будем его тревожить.
Мэри кивнула.
– Еще одно, мисс. Я правда не хотела вас беспокоить из-за этого, но он ничего слушать не хочет. Мальчишка Дейва Ридмана стоит у задней двери. Говорит, хочет что-то вам сказать. Наверняка пустяки какие-нибудь. Ему соврать – раз плюнуть.
Мэри осеклась и покраснела.
– Он сказал, в чем дело?
– Нет. Я ему велела убираться, а он все стоит. Говорит, никому больше ничего не скажет, только вам. – Мэри поджала губы. – Прогнать его?
Конни уже хотела согласиться, но тут ей пришло в голову, что мальчишка может что-то знать о ее отце. Этот Дэйви целыми днями, вместо школы, шатается на болотах, ловит угрей, собирает банки из-под варенья, чтобы продать потом за пару фартингов. Если кто и мог видеть Гиффорда, так это он.
– Нет, впустите его, – сказала Конни. – Давайте послушаем, что он хочет сказать.
Через несколько минут Мэри ввела чумазого мальчугана в гостиную. На шее у него болтался великолепный бинокль.
Конни понятия не имела, сколько лет Дэйви Ридману – кто их разберет, этих мальчишек, – но навскидку дала бы лет десять-одиннадцать. Его голые коленки, все в струпьях и порезах, казались пестрыми, как лоскутное одеяло. По лицу можно было подумать, что его месяцами не мыли, из-под изъеденного молью воротника виднелась серая полоска грязи. Однако глаза у него были ясные и вид смышленый.
– Кепку сними, – сказала Мэри, отвесив мальчику легкий подзатыльник. – Не будь невежей.
Дэйви сделал, как ему было велено, но Конни заметила, как в его угольно-черных глазах мелькнула дерзкая искорка, и ей это даже понравилось.
– Привет, Дэйви, – сказала она. – Насколько я понимаю, у тебя есть что мне рассказать.
– Наедине, – сказал Дэйви, покосившись на Мэри. – При ней ничего говорить не буду.
Мэри замахнулась, но мальчик увернулся и отступил назад.
– Спасибо, Мэри, – быстро сказала Конни. – Я позову вас, когда вы мне понадобитесь.
Горничная обожгла мальчишку сердитым взглядом, фыркнув, подобрала юбки и стремительно выбежала из комнаты, театрально хлопнув дверью.
– Итак, Дэйви, в чем дело?
– Можно мне присесть, мисс?
Конни скрыла улыбку.
– Можешь сесть вон на тот стул, – сказала она, указывая на деревянный стул со спинкой из перекладин.
Дэйви схватил его, развернул и поставил прямо напротив Конни.
– Так вот, хотелось бы знать, что я за это получу, мисс?
Конни попыталась принять строгий вид.
– Это зависит от того, что ты хочешь сказать.
– Это верно, пожалуй, – признал Дэйви, закидывая ногу на ногу. – Ну тогда давайте сначала поговорим, а потом немножко того… – Он неопределенно поболтал в воздухе рукой.
– Поторгуемся?
Дэйви кивнул.
– Вот да, это то, что надо. Поторгуемся. Знаете, давайте вот как сделаем. Я вам рассказываю, что видел, вы решаете, сколько это стоит, а потом торгуемся и заключаем уговор. – Он плюнул на ладонь и протянул ее Конни. – По рукам?
– Хорошо, – сказала Конни. – Я полагаю, вы человек слова, мистер Ридман, так что нет необходимости обмениваться рукопожатиями. Итак, продолжайте. Вам слово.
Конни с удовлетворением увидела, что мальчишка сел прямо.
– Словом, дело вот в чем, – начал он. – Я вчера был на болотах. Никаких там птичьих яиц не искал, ничего такого, просто ходил по своим делам…
Минут пять Дэйви говорил без умолку, а Конни молча слушала. При всем своем пристрастии к высокопарным оборотам речи и бесконечным оправданиям через слово, историю мальчик изложил ясно и доходчиво. Конни перебила его только один раз: попросила подать ей ручку, бумагу и чернила, которые только что принесла Мэри. Дэйви послушался, и с этого момента Конни стала записывать то, что он говорил.
– Ну вот и все, – заключил Дэйви. – То есть я что хочу сказать: вид у него был как у рабочего, по одежде и вообще, а сам маленький, аккуратный такой. И лица из-за шляпы почти не видать. – Он наклонился вперед. – Что вы скажете, мисс? Стоит это чего-то?
– Давай-ка проясним все как следует, Дэйви. Ты уверен, что вчера утром видел, как какой-то человек следил за Блэкторн-хаус?
– Конечно, уверен, иначе бы мы с вами здесь не сидели.
– Но может, он просто… я не знаю – шел по тропинке? По своим делам?
– Нет, мисс. Он стоял как вкопанный посреди зарослей тростника, в стороне от тропы, и просто смотрел в эту сторону.
Конни нахмурилась.
– И это было вчера утром? Ты уверен? Дни не перепутал?
Дэйви покачал головой.
– Время не скажу, но рано. Где-то с восьми до одиннадцати. Солнце еще не поднялось. – Он помолчал. – Так что вы скажете, сколько это стоит, мисс?
Конни отложила ручку.
– А по-твоему, сколько это стоит?
Впервые у мальчишки не нашлось слов.
– Ну, я точно не знаю… – Он взглянул на нее из-под копны темных, взлохмаченных волос. – Я думаю, ну… может, пенни?
