Но это? Это уже совсем другое дело. Когда она попросила его о помощи и рассказала о том, что сделали те люди, Джозеф впервые в жизни поверил, что сражается на стороне ангелов. Орудие правосудия против того, на что закон закрывает глаза. Так всегда было – для богатых свои правила, для бедных свои. Джозеф не сомневался, что Пенникотт не согласится с таким взглядом, но он просто восстановил естественную справедливость.
Он гордился тем, что смог помочь. Тем, что наказал зло.
Джозеф потопал ногами, чтобы вытряхнуть воду из ботинок. Одно его начинало беспокоить – непонятное место Гиффорда в общей схеме. Он предполагал, что Гиффорд был раньше связан с Бруком и остальными, а потом по какой-то причине с ними разошелся. Вот почему его, Джозефа, приставили шпионить за ним со старой соляной мельницы.
Но так ли это?
И как сюда вписываются Конни Гиффорд и Гарри Вулстон?
Внезапно Джозеф увидел, что Вулстон и Пенникотт снова вышли на улицу и направляются прямо к нему. Он стрелой метнулся через улицу и нырнул в дверной проем колокольни. Он слышал, как они громко переговариваются, стараясь перекричать шум ветра. Выждал пару секунд, вышел и двинулся за ними следом по Уэст-стрит в обратном направлении.
– Ну что? – спросил Гарри. – Что он сказал?
Они договорились, что будет лучше, если Гарри – учитывая его отношения с Бруком – не станет показываться тому на глаза.
– Мистер Брук сегодня тоже не пришел, – сказал Пенникотт. – Утром клерк нашел письмо на полу в холле. Клянется, что его не было там, когда он уходил домой вчера вечером.
– Если Саттон так говорит, значит, знает. Он никогда ничего не оставляет на волю случая.
Пенникотт протянул Гарри лист бумаги. Ветер едва не вырвал его из пальцев.
Гарри взял бумагу и нахмурился.
– Это не тот адрес, который, если верить конторе Уайта, был указан в его журнале встреч за вчерашний день?
– Тот.
– Что будем делать? Поедем туда или будем ждать подкрепления?
– Нет никаких доказательств того, что было совершено какое-либо преступление, – сказал Пенникотт.
– Не говорите чепухи! – возмутился Гарри. – Четыре человека пропали без вести, Пенникотт. А Вера Баркер?
– В данный момент у меня нет ничего, кроме ваших слов.
– Кто-то подделал подпись моего отца в ее свидетельстве о смерти, – продолжал Гарри. – Наверняка есть способ выяснить кто.
Колокола собора начали бить двенадцать. В удивлении Гарри посмотрел на часы.
– Черт, – сказал он, – я и не думал, что уже так поздно. Мисс Гиффорд, должно быть, ждет уже не первый час. Надо идти домой и рассказать ей, если она все еще там… боже, надеюсь, она все еще там… о том, что мы выяснили. Вы дождетесь меня? Нас? Я хочу пойти с вами. Если есть шанс, что мой отец… Я хочу быть там.
Пенникотт положил тяжелую руку на плечо Гарри.
– Вот теперь лучше предоставьте это мне, сэр, – твердо сказал он. – Вы мне помогли, я не отрицаю, но официально это дело полиции. Как вы сами говорите, четверо пропавших без вести, и, очевидно, они как-то связаны между собой.
– Вы не можете мне помешать, Пенникотт, – сказал Гарри, словно не веря тому, что услышал. – Я имею право быть там.
– При всем уважении, мистер Вулстон, нет.
– Пенникотт, я настаиваю.
– Идите домой, пересидите бурю. Поговорите со своей мисс Гиффорд. Расскажите все, что считаете нужным, но постарайтесь не волновать ее еще больше.
– В последний раз – я иду с вами.
– Простите, сэр.
Гарри внезапно понял, что Пенникотт упирается не только из приверженности правилам, но и чтобы защитить его, Гарри.
– Вы думаете, что мой отец на стороне преступников, так ведь?
Пенникотт выдержал его взгляд.
– Теперь это дело полиции, сэр.
– Мой отец не может быть замешан в… – Гарри услышал, как его голос сам собой взлетел вверх. – Как вы смеете даже думать, что такой человек, как он…
– Идите домой, – сказал Пенникотт, на этот раз со стальной ноткой в голосе. – Позаботьтесь о мисс Гиффорд.
– Вы должны сообщить об этом, Пенникотт. Вы не сможете сделать это в одиночку.
– Мистер Вулстон, учитывая то, что нам теперь известно – какие люди в этом замешаны, – не кажется ли вам, что будет лучше как можно дольше держать это в секрете? Как только у меня в руках будут необходимые доказательства, я приступлю к делу.
– Но…
– Идите домой, мистер Вулстон.
– Дела все хуже и хуже, – сказал Дэйви, вбегая обратно в комнату. – Мэри, найдутся еще какие-нибудь мешки для песка? Из-под муки, может?
– В кладовой, – сказала Мэри, не повернувшись к нему. Миссис Кристи молчала.
Мальчик посмотрел на них, затем повернулся на каблуках.
– Ладно, сам справлюсь. Хотя дождь льет как из ведра, между прочим.
– Я приду через минуту, – сказала Мэри.
Она сжала руки на коленях, разжала снова. Она была взволнована и не знала, что делать. Только теперь, выслушав рассказ матери, Мэри поняла, что никогда раньше не задумывалась о том, что за женщина ее мать и какой она была в молодости.
– Я ни на миг не жалею об этом, – сказала миссис Кристи. – Если бы вернулась в то время, то поступила бы так же.
