Элизабет метко залепила факсу оплеуху. За последние несколько недель она обнаружила, какая капризная зануда эта машина. Сначала Элизабет терпеливо читала руководство и пыталась выяснить, в чем дело. Теперь всякий раз, когда факс кочевряжился и не набирал номер, она прибегала к насилию. Она уже собиралась стукнуть его снова, когда услышала, как кто-то ее зовет. Она подняла глаза и увидела, что на нее пристально смотрит Кэтлин.
Спустя три месяца строгая шотландка дружелюбнее не стала. Элизабет подозревала, что Кэтлин испытывает тайный трепет оттого, что помыкает дочерью босса. Элизабет научилась не обращать на это внимания. Гораздо легче быть любезной и ждать своего часа.
Она изобразила улыбку.
– Кэтлин, чем я могу помочь?
Та посмотрела еще пристальнее.
– Я оставила у вас на столе стопку для копирования. Сейчас иду обедать. Не могли бы вы подготовить ее к моему возвращению?
– Конечно, – дружелюбно ответила Элизабет.
Как только Кэтлин ушла, улыбка исчезла с лица Элизабет. Как ей осточертела эта вежливость. Каждый раз. Но, по крайней мере, хороший камуфляж: никто не видит, как она несчастна на этой работе.
Невероятно, но с того первого ужасного дня атмосфера только ухудшилась. Ей поручали самые рутинные работы в отделе. Посылали за кофе. В обеденный перерыв она отвечала на звонки, печатала и подшивала документы. Она часами простаивала над копировальным аппаратом, пока не ныла спина и не слезились глаза.
Вдобавок ко всему, она, похоже, никому не нравилась. В первые дни работы она подошла к Саре, самой молодой и дружелюбной девушке, и спросила, не хочет ли та пообедать в новом итальянском заведении, которое открылось недалеко от офиса за углом.
Сара и ухом не повела, неотрывно глядя в компьютер.
– Я не люблю итальянскую еду, – ответила она.
– Ладно, можно пойти куда-нибудь еще, – снова попыталась Элизабет.
– А я вообще не обедаю.
Пара сотрудников, сидевших поблизости, сдавленно хихикнула. Элизабет сглотнула, стараясь не показать обиды.
– Хорошо, я поняла, – поворачиваясь, спокойно сказала она.
В конце концов в обед она вышла одна, чтобы глотнуть свежего воздуха и перехватить сэндвич. Мимоходом заглянула в окно «Бертолли» – там, сидя перед окном и уткнувшись в итальянскую пасту, жевала вся команда, включая Сару. Наклонив голову, Элизабет поспешила дальше, не давая повода радоваться ее унижению.
С тех пор прошло три месяца. Три месяца копирования, подшивки файлов и пренебрежения со стороны коллег. В какой-то безумный миг она подумала об уходе. Элизабет вполне могла сказать отцу, что хочет какое-то время поработать где-нибудь еще – например, получить диплом МДА, магистра делового администрирования. И, возможно, так бы и поступила, если бы не Коул Гринвей. Не хотелось, чтобы он праздновал победу.
То, как он обошелся с ней в самый первый рабочий день, ее раздражало и, когда она видела, как он с важным видом расхаживает по офису, в то время как она вынуждена заниматься черной работой, еще больше приводило в бешенство. Но еще хуже, что все женщины в отделе сходили по нему с ума. Однажды она зашла в дамский туалет подправить макияж и случайно услышала, как Кэтлин и Сара говорили о нем.
– Веришь, в прошлую пятницу выпила и чуть не навязалась к нему домой, – призналась Кэтлин.
Сара хихикнула.
– Я тебя не виню. А что, он холостой?
– Да какая разница!
– Кэти! – снова хихикнула Сара. – Хотя я тебя понимаю. Он такой сексуальный.
Не задумываясь, Элизабет громко, пренебрежительно фыркнула.
Услышав ее, женщины обернулись.
– В чем дело? – потребовала ответа Кэтлин.
Элизабет пожала плечами.
– Ни в чем. Лично я не считаю Коула каким-то особенным, только и всего.
– Что ж, милочка, вы у нас одна такая, – парировала шотландка.
Вернувшись к себе за стол, Элизабет прокрутила разговор в голове. «Ладно, может, Коул и симпатичный, – нехотя признала она. – Только слишком уж задирает нос». Каждый раз проходя мимо нее в коридоре, он снисходительно улыбался, словно намекал, что преподал ей хороший урок. И каждый раз, увидев это, она клялась, что однажды, совсем скоро, она поставит его на место.
Не мешало бы еще сообразить как.
В первые несколько месяцев Элизабет, не поднимая головы, впитывала каждую каплю информации. Вне офиса она долгими часами читала ежегодные отчетные доклады фирмы и целый ряд деловых журналов. Именно из них она и почерпнула идею проводить субботу каждого месяца, работая в магазине. «Время, проведенное в торговом зале, – лучший способ узнать о том, как идут дела у вашего бизнеса», – заявил один генеральный директор глобальной розничной сети. Каждый день Элизабет узнавала об отрасли что-то новое. Она копила находки и ждала, когда подвернется возможность проявить себя.
Возможность не заставила себя долго ждать.
Однажды в четверг Коул просунул голову в ее каморку и попросил, чтобы она вела протокол заседания совета директоров в этом месяце.
– У меня куча дел… – начала говорить она. – Извините.
Он был краток.
– Больше некому. Остальные заняты.
Она тяжело вздохнула.
– Хорошо.
