Наступил день встречи. Надежда Элизабет на то, что Кэтлин сможет во время презентации сотворить какое-нибудь чудо, угасла, когда она увидела, во что одета начальница. Кэтлин выбрала темно-синий брючный костюм в тонкую полоску и заколола волосы сзади в гладкий пучок. Вид получился мужеподобный, агрессивный, совершенно неподходящий для встречи с японским бизнесменом.
А дальше становилось все хуже и хуже. Когда мистер Ямамото перебил Кэтлин, чтобы спросить об изображении на втором слайде, она сурово его одернула:
– Потом прояснится, – отрезала она, будто разговаривала с маленьким ребенком. – Дайте мне провести презентацию, а потом будете задавать любые вопросы.
Ямамото на секунду сморщил лоб. Однако сумел совладать с собой.
– Хорошо, – вежливо согласился он. – Извините.
Элизабет заметила, что ему это не понравилось. Кэтлин не хотела показаться грубой, но японский стиль ведения дел был просто менее официальным. Все остальное время мистер Ямамото вежливо слушал. Но когда он вышел из здания, Элизабет догадывалась, что в ближайшее время они его не увидят.
Сидя за рабочим столом, она обдумала сложившееся положение. Должен же быть другой способ перетянуть Ямамото на свою сторону. И тут же вспомнила, что в Лондон бизнесмен приехал с женой. Элизабет достала досье на Кумико Ямамото, которое приготовила заранее. Она потратила на него много времени. Кэтлин на него едва взглянула, но Элизабет подумала: вот он, ключ к спасению. Никто как-то не задавался основным вопросом: почему вдруг стальной магнат вздумал вложить капитал в производство предметов роскоши, сферу, в которой не разбирался? Возможно, если бы они удосужились узнать, что его жена в своей стране была кумиром в мире моды, а также известным шопоголиком с безумной страстью к обуви, как у Имельды Маркос…[30]
Элизабет позвонила на склад. Она взяла за правило дружить с ребятами, работавшими там. Из-за резкого акцента ее считали снобом, но на самом деле она была одной из немногих, кто не смотрел на должность, если человек работает для компании не покладая рук.
– Гэри, привет, это Элизабет. Скажи, есть какие-то новые модели? Я бы хотела отправить образец заказчику.
Она кратко описала то, что именно ищет. И стала ждать.
– То, что надо! – наконец сказала она. – Можно взглянуть?
Кумико Ямамото сидела в номере отеля «Кларидж» в Мейфэре, ожидая мужа с одной из его бесконечных деловых встреч. Все утро она делала покупки в Найтсбридже. Она обожала Европу и европейскую моду. Чутье не подвело Элизабет: инвестировать деньги в производство предметов роскоши предложила Кумико. Она понимала, что удачно выбранный бренд впечатлит ее друзей.
В номер постучали. На пороге стоял коридорный с неожиданной посылкой. Она вспомнила: нужно дать чаевые. В Японии это не вошло в обиход, но англичане, казалось, этого ждали. Она унесла красиво обернутый сверток в спальню. В черном атласе, с идеальным белым бантом, он подогревал интерес. Она быстро развязала бант и сняла крышку коробки. На складках белой ткани уютно устроилась пара красивых босоножек из обувного атласа.
Кумико достала туфли, чтобы хорошенько рассмотреть. Тот, кто их прислал, проделал целое исследование. Будучи росточком где-то метр с половиной, Кумико никогда не носила обувь без каблука высотой, по крайней мере, в семь сантиметров. У этих, как она определила с первого взгляда, он был сантиметров девять. Туфли были красными – ее любимый цвет. И когда она их надела, они идеально подошли к изящным ножкам.
Она взяла бланк «С наилучшими пожеланиями!». На нем было имя и телефон. И, чуть поколебавшись, она набрала номер.
Вернувшись поздно вечером в отель, Ясуо Ямамото с удивлением обнаружил, что жена пьет чай с Элизабет Мелвилл. Он уже отверг идею инвестировать средства в компанию ее отца. Ямамото обиделся на то, что Уильям Мелвилл не пришел его поприветствовать. А прислал ту ужасную женщину.
Но среди тех немногих, к кому прислушивался Ясуо Ямамото, была его жена, и она убедила его выслушать, что хочет сказать молодая дама. Через полчаса его вернули на путь истинный. Именно это он и хотел услышать совсем недавно! Дочь Уильяма говорила страстно. Она по-настоящему верила в возможности бренда и компании.
– А что вы скажете про интерьер магазина? – спросил он. – Вам нравится то, что мне показали сегодня?
В вопросе таилось главное яблоко раздора. Ямамото ненавидел современный дизайн – в Токио этого добра было достаточно.
Элизабет тщательно подбирала слова.
– Откровенно говоря, я бы предпочла нечто более классическое, то, что воплощает в себе ценности, с которыми ассоциируется «Мелвилл»…
