Пока в «Додо» ловили курицу и пытались сделать невозможное, курс рубля продолжал падать. Если в ноябре 2014 года за один доллар давали сорок два рубля, то в середине декабря почти шестьдесят восемь — вдвое больше, чем в начале года. Центральный банк России поднял ключевую ставку до семнадцати процентов, чтобы остановить падение национальной валюты и ограничить инфляцию. В декабре просто пессимистичные настроения сменились апокалиптическими. Заявки от инвесторов поступать перестали.
Федор видел, что, несмотря на все усилия, компания может просто не пережить этот идеальный шторм. Слишком мала еще его шхуна и слишком далеко отошла от берега. Он снова обратился к инвестору, который перед стартом краудфандинга вложил в компанию двенадцать миллионов. Тот не воспользовался своим правом продать Овчинникову свои два процента, решил держать акции, что внушало легкий оптимизм. Может, он захочет вкладываться дальше? Инвестор сказал, что времена смутные и больше инвестировать он не готов. Но предложил ссудить крупную сумму. В долларах, наличными, под хорошие проценты — и под честное слово.
Двое мужчин — один повыше, другой пониже — выходят из терминала «А» московского аэропорта Внуково и сразу направляются на парковку. Ищут черный автомобиль, который мигает аварийными огнями… Из машины появляются еще двое. Один явно главный, другой — то ли шофер, то ли телохранитель. Обмениваются рукопожатиями, открывают багажник и без лишних слов достают спортивную сумку. Невысокий человек, которого называют Федором, открывает ее. Внутри — пачки стодолларовых купюр. Сто пачек. Мужчины кивают друг другу и расходятся.
Овчинников и Петелин сразу же возвращаются в терминал, чтобы улететь обратно в Сыктывкар. Сумка ужасно тяжелая. Федор не ожидал, что миллион долларов весит так много. На контроле ручной клади они ставят сумку на ленту и повторяют про себя заготовленные фразы. Ведь надо как-то объяснить, откуда у тебя миллион долларов. Однако, к их удивлению, сумка вопросов не вызывает.
В самолете Федор немного расслабляется. Ему кажется, что он попал в кино: встреча на парковке, сумка с долларами, напряжение на контроле… Еще он думает, что взял эти деньги в долг под такие проценты, на которые не пошел бы раньше. Но кризис может похоронить его компанию. Нужна страховка на крайний случай, если краудфандинг оживить так и не получится. Из аэропорта они едут прямиком в банк и кладут сумку в банковскую ячейку.
С миллионом долларов в банке Федор не чувствовал себя спокойнее. Да, теперь он мог сфокусироваться на бизнесе, не боясь пока кассовых разрывов. Шансы дожить до августа — воображаемой точки безубыточности — резко повысились. Но в дополнение ко всем уже имеющимся личным финансовым обязательствам по краудфандингу он теперь был должен еще и миллион долларов. И это, кажется, случай, когда не вернуть его, объявив себя банкротом, нельзя.
Чтобы стимулировать развитие франчайзинга, Федор решил пойти ва-банк и сделать публичной выручку всех пиццерий «Додо». Когда-то революционным стало решение открыть результаты для партнеров-франчайзи. Теперь новая революция: продажи пиццерии мог узнать любой человек. Ссылку на таблицу с ежемесячными показателями предприниматель просто-напросто добавил в свой блог.
Федор верил, что открытость поможет привлекать деньги для запуска новых пиццерий. Инвесторы будут видеть всю финансовую картину и смогут адекватно оценить свои риски. Да и привлекать новых партнеров станет легче. Если показатели каких-то пиццерий окажутся не на уровне, открытость заставит управляющую компанию принимать меры и исправлять ситуацию.
