– Потребовалось какое-то время, чтобы ее опознать. В основном по сапогам и бижутерии. К тому моменту Фетиру искали по заявлению ее бабушки, и лисы кое-как установили, что она вместе со своей парой села в лодку на реке чуть выше водохранилища. Запрос на поиск повесили, но в целом сочли, что «девочке захотелось приключений» и имеет место быть «романтическое путешествие».
Меня передернуло.
– А лодка?
– Там же, на дне. Когда все это всплыло, прости за каламбур, выяснилось и про преследование, и про все другое. Тогда же нашли автобус и гостиницу. Увы, к тому моменту все запахи давно растаяли, и лисы не смогли ничего найти ни в городе, ни у самого водохранилища, остались только прошлые свидетельства. Основная версия гласит, что у Фетиры были некие разногласия с новообретенной парой, но они пришли к какому-то решению, потому что в лодку девушка села добровольно: лисы считали легкий запах адреналина, но ничего серьезного. Затем, уже на воде, ссора вспыхнула снова, и спутник убил Фетиру сильным ударом по голове. Череп был проломлен. Замотал ее в мешковину, отправил на дно, утопил лодку, а сам выбрался на берег и бежал.
Убийство. Это было убийство. Концы в воду…
Совсем как с Арой.
– Когда Сыск прислал в Новый Гитеб описание, там даже не обращались в архив, – продолжал Арден, вырисовывая на листе что-то вроде клумбы с пышными цветами. – Родимое пятно, ямочки, возраст, время – ее сразу же вспомнили. По меркам Гитеба это было очень громкое дело, там многие лишились постов, а комиссия из столицы буйствовала почти год. Даже в газетах писали, ты могла видеть.
– Я не видела. – У меня пересохло горло. – Я в апреле уехала в Огиц. Но неужели же… неужели его не искали? Убийцу.
– Искали, конечно. Но ты же понимаешь…
– Понимаю. У Вердала суперспособности, и любая полиция ему на один укус, даже если очень старается.
Арден поморщился. Мой скепсис в отношении стражей порядка его, видимо, задевал.
– Ну… вроде того, – вынужденно признал он.
На самом деле я вполне понимала. Без запахов искать человека в Кланах можно очень, очень долго – примерно до того момента, как он не захочет быть найденным. Если Вердал забрал у Фетиры мой артефакт и разобрался, как им пользоваться и что с ним делать…
Я неплохо ее помнила, Фетиру – испуганная, встрепанная девчонка, по зиме без куртки и даже без шарфа. Я действительно хотела помочь ей, а, выходит, помогла ее убийце. И, возможно, убийце моей сестры.
– Как он ее нашел? Если она бежала, и я ведь помогла ей активировать артефакт, он не смог бы ее учуять.
– Мы не знаем.
Я нахмурилась.
Мы не знали уж слишком большого количества вещей, а те, что мы знали – довольно плохо складывались в картинку, отличную от детской страшилки.
– Вот смотри. – Я для убедительности нарисовала на листе человечка в юбочке. – Вот Ара. Это была ее первая взрослая Охота, они с серной бежали наверху, среди звезд, и услышали свою пару. Ара вцепилась в него и поволокла знакомиться с родителями. Он только что поймал зверя. Это получается ему сколько? Четырнадцать?
– Пятнадцать. Он участвовал в Охоте раньше, но никого не поймал.
– Хорошо, пятнадцать. Он умудряется что-то такое сказать моей Аре, что она идет и топится ровно тогда, когда ему это нужно, да так, чтобы лисы и сова поверили в его смерть. Так?
– Почти. Сова уверена, что ушел его тур, лисы сочли, что его гибель крайне вероятна.
– Хорошо. Тогда он каким-то образом добирается до столицы, там опять же как-то выходит на Барта Бишига и получает документы. Потом много лет – сколько получается? восемь? – о нем ничего не слышно. Его никто не ищет, он занимается неизвестно чем. Все верно?
– Да.
Арден дорисовал на моем листе вторую фигурку: человечка с клыкастой улыбкой и глазами-точками, поставленными красной ручкой. Я фыркнула и придвинула лист к нему поближе.
– Дальше. Фетира. Она ловит зверя, встречает пару, ссорится с ней, пытается сбежать, потом садится в лодку, где ее убивают, а мой артефакт переходит от нее к Вердалу. К этому моменту Вердал уже несколько лет как однодушник.
– Либо убийца – промежуточное звено, о котором мы пока ничего не знаем, – с готовностью включился Арден, – либо за эти годы Вердал умудрился поучаствовать в Охоте.
– А это возможно?
– Да. Когда ты… исчезла, папа много изучал вопрос. Чем старше партнеры и чем дольше они были вместе, тем выше вероятность, что вслед за погибшим умрет и второй. За всю историю известно всего несколько сотен вдовцов и вдов, которые остались в живых и при звере. У молодых, мало знакомых двоедушников примерно в половине случаев уходит только зверь, и многим из них удается в дальнейшем поймать другого.
– Отличный шанс для твоей матери продолжить династию, – пошутила я.
Арден изменился в лице и рыкнул:
– С ума сошла?!
– Ладно, ладно! Шутка. Можно ли точно узнать про Охоту?
– Этим занимаются.
