— А ещё мы потеряли большинство нашей стражи, — Норлинг не позволила тишине воцариться в зале. — Они полагают, что, оставшись, погибнуть. Стоит дать им понять, что уход — это не выход… Что это…
— Нет, — тихо ответила я, — нет, угрожать я им не буду — если уж они думают, что могут умереть…
— В таком случае, нам надо увеличить патрули, — промолвил Холт, — поднять рабочее время тех, кто остался, привлечь людей из города.
— Ни за что! — воскликнула Норлинг. — А откуда знать, стоит ли им доверять? Ну какой человек согласится стать стражником, когда на нас надвигается Торстен Вольф?!
— У нас нет выбора! — воскликнул Холт. — И мы должны его остановить, — он вздохнул, упёршись руками в стол. — Всё будет хорошо. Люди уверовали. Люди хотят поддержать свою королеву.
— Уверовали? — я выпрямилась, чувствуя странное беспокойство.
— Ваши старания сработали. Люди говорят о вашей доброте, о новом научном открытии. Некоторые видят в этом признак того, что Забытые надеются оставить вас в целости и сохранности.
— Это наука, — отозвалась я, — а не божественное вторжения.
— Но если люди видят в этом добрый знак! Не сбивайте их, Ваше Величество! В городе бесчинствует оппозиция, люди недоверчивы — и мы пытаемся остановить их против бунта, пусть это слишком трудно при таком количестве людей. Но у вас теперь есть сторонники — и этим мы можем воспользоваться.
Это казалось не таким уж и преимуществом — я думала обо всём, спускаясь в свою лабораторию после этой встречи. А какую цель преследовал Холт? Я никак не могла забыть его слова о сорняках. А если убийца на моей стороне, и Стэн подозревает, что это всё случилось ради меня?
Я нуждалась в доказательствах.
Я проверила каждую часть торта, которую получила, но результаты оказались не слишком особенными. Мышьяк был в бисквите, в глазури. Конечно, псевдозолото оказалось безопасным, но всё остальное — смертельным.
— А может быть, это просто бисквит? — спросила Наоми, заглянув в записи. — Просто глазурь впитала в себя яд за такое время!
— Может быть, — я покачала головой, — но тогда и золото бы тоже пропиталось. Почему оно не реагирует? — я постучала пером по столу. — Мне нужен рецепт. Бессмысленно — добавлять в глазурь и бисквит, ведь риск слишком велик. Значит, это просто общий ингредиент. А что может из связывать?
— Сахар, — проронила Мадлен. — Сахар и вода.
— Значит, сахар, — кивнула я. Мышьяк в форме порошка хорошо смешивался с гранулами сахара — если никто не окажется близко… Но тогда рецепт был бы нарушен — не так уж и сладко, если повар не смог бы заменить это…
Но вот если бы кто-то развёл мышьяк в воде, можно ли было бы его заметить? Вот только убийца не мог бы добавить это в дворцовую систему водоснабжения, потому что все умерли бы куда раньше, а не только на балу. Значит, у кого-то был доступ к кухне в ту ночь, что вновь суживало до невозможности список подозреваемых.
— А если было в воде… — Мадлен закрыла глаза. — А несчастный случай? И ведь король болел… Вдруг его пытались незаметно отравить? Трудно заметить — медленно, понемножку. Стал бы привычным на кухне. Кто-то выполнял свою работу, а потом добавлял что-то в еду короля. Я бы совершенно не удивилась, если б у него оказался свой личный повар…
— Сомневаюсь, что он был, — сказал Фицрой. — Я об этом никогда не слышал.
— Но, как ты думаешь, кто мог его отравить? — спросила я. — Не один из тех, кто напал во время банкета?
— Или, может быть, точно тот же, что и прежде. Случайно. Может быть, кто-то неправильно подмешал яд, использовал слишком много, и что-то пошло не так? И вместо одной цели погиб весь двор?
— Может быть, — кивнула я. — Но нет. Это всё равно бессмысленно! Невозможно убить весь двор дозой, предназначенной только для одного, — я коснулась своих волос. — Но вот вода — это полезно. Могла ли быть особая вода для банкета?
— Особая вода? — повторила Мадлен. — Вода, которую привозят из какой-то сказочной горы весной, чтобы давала вечную жизнь тем, кто её выпьет? Что-то вроде этого?
— Да. Тогда воду могли отравить задолго до прибытия в замок — и держать, пока не придётся делать пирог.
Наоми повернулась к Фицрою.
— Твой отец ничего такого не говорил?
Он покачал головой.
— Даже если он и планировал подобное, то явно забыл мне об этом сообщить. Может быть, это в его письмах — но отец любил хвастать! Будь это особенным, он бы сказал. Да и использовал бы для других блюд, не так ли?
Все предположения бессмысленны — мы могли бы просто выполнить тест!
— Надо добраться до дворцовой кухни — единственный способ узнать. Протестировать все ингредиенты.
Фицрой кивнул.
— Я пойду сегодня ночью.
— Нет-нет. Ты не сможешь всё принести, да и пропустишь случайно что-то важное.
— А это безопасно?
— Это надо сделать.
В первую очередь, надо покинуть Форт. Да, конечно, сейчас моя стража немного истощена, но за вратами и мостом всё ещё наблюдают. И как королева, я могла бы пройти — но нельзя же, чтобы стража меня сопровождала! Нельзя привлекать к расследованию лишнее внимание!
