Был ветреный апрельский день. Я сидел на крыше и пытался залатать проявившуюся к весне протечку кровли. Работа была довольно нудной и долгой. Я ходил между стыками кровельных материалов и тщательно проверял всяческие неровности и отслоения. Вся соль была в том, что мокрое пятно на потолке, совсем не означало, что протечка будет именно над ним. Вода, следуя только ей одной известным законам, просачивалась окольными путями в совершенно неожиданные места. Сказать с уверенностью, что протекает именно в данном месте можно было только про грубые дефекты кровли. Остальные же места приходилось тщательно выискивать. Не перекатывать же всю крышу заново. Вот я и выискивал. Главное, при осуществлении поисковых работ, руководствоваться правилом хороших докторов – не навреди. В попытке отыскать прореху между рулонами кровельного материала нужно было пытаться аккуратно поддеть края рулона для проверки его сцепления со своим соседом, в результате чего, и без того хлипкое соединение видавшей виды кровли могло нарушиться. Этого нельзя было допустить. В распоряжении у меня была лишь банка битумной мастики, герметик, двухметровый кусок старого кровельного материала и газовая горелка. С этим джентльменским набором мне нужно было выиграть у кровли покерную партию. Пока я возился с покрытием, в область моего периферического зрения попала старушка сидящая на лавочке. Она была одна, в ее руках не было ни книги ни аксессуаров для вязания, ничего. Она просто сидела и смотрела как ветер гонит пыль и играет с мертвой листвой. Вот я уже залатал большую часть дефектов кровли, а она все сидит и смотрит на еще не возрожденный сад, прошло уже около двух часов, но ее положение осталось неизменным. Разве мы – рабы бинарного века можем понять эту аналоговую эпоху, этих аналоговых по своей природе людей? Яркие и приглушенные цвета дня, будоражащее дух пение соловьев, запах испеченного хлеба, поля, уходящие прямо в небо, которое рисует твоему взору белой темперой узоры воображения и чистота восприятия действительности. Это поколение оставило нам, так любимые мной, великие классические произведения, оно оставило нам стержень понятия красоты и гармонии, а что мы оставим нашим потомкам – отрицание этой красоты, декаданс? Что может иллюстрировать типичную пастораль сегодняшнего дня – девушка со смартфоном в раках и наушниками в ушах? Отвлекло от глубоких мыслей меня неприятное ощущение в правой стопе. Оказывается, в пылу мысленного порыва я накапал себе в ботинок из открытой банки битумной мастики и теперь ощущал, как она растеклась по моей стопе. Не знаю, как мои современники, но я то точно оставлю после себя след, – след протектора обуви, измазанной битумной мастикой.
