Ариан поднял голову. «Нужно видеть то, что есть», – уже говорила ему Кошка в «Кроличьей норе», когда его рассудок отказывался принимать реальность за завесой.
К запаху хвои и мокрой листвы примешался какой-то посторонний запах. Ариан закрыл глаза. Сердце его громко колотилось. Он услышал, как Коста вздохнул, и у него под ногами заскрипел наст. С веток ближайшей ели сорвался снег, и вот он – ритмичный звук, не сильно отличающийся от сопения Косты, но другой: ниже и дальше. Волк. Ариан открыл глаза, и дыхание зверя смолкло. Они с Костой были уже не одни.
Ариан судорожно сглотнул. Однажды он уже не справился. Нельзя, чтобы это случилось вновь. Его пальцы сжали консервную банку с талисманом. Кошка, поддержи!
– Я должен кое-что рассказать вам о ваших сыновьях.
Округлив глаза, Коста направил на него фонарик. Одним пальцем он поправил очки. В его голосе, дрожа, смешались надежда и страх:
– Ты их видел?!
Ариан оглянулся вокруг. Он чувствовал, что волк приближается, но разглядеть его не мог.
– Титус… Он в очень сложной ситуации, и ему нужна ваша помощь…
– Всё что угодно! Для сыновей я сделаю всё что угодно! Где он?! Отведи меня к нему! – Коста схватил Ариана за руку. Его пальцы буравили куртку.
– Это не так просто. Дело в том, что случилось несчастье и… – подняв ладони, он заглянул Косте в глаза, – и ещё в том, что вам никто не поверит. Я знаю, что вы видели той ночью. Вы правы: рядом с известным нам миром существует ещё один. Но ваши предположения о нём неверны.
Коста медленно отпустил его руку. Рот его открылся и закрылся, не издав ни звука. Ариан заговорил снова, не дав ему времени задать вопрос.
– Те, кого вы считаете монстрами, на самом деле жертвы – жертвы болезней или неудачных обстоятельств. Нет никакого заговора – есть только мир, который вы не понимаете.
Лоб Косты прорезали морщины. Он заморгал:
– Ч-что ты имеешь в виду?
Теперь волк был так близко, что Ариан ощущал его запах – мокрая шерсть, земля, кровь. Он проглотил вставший в горле ком. Что, если он ошибается? Что, если от Титуса ничего не осталось, и на них набросится волк-хищник? Они с Костой пропадут здесь, в лесу, как Рафаэль? Эту мысль вытеснил образ зевающей Кошки. Ариан выдохнул: он не один.
– Супергерой Вулфсбейн, которого Тониус смастерил для Титуса, чтобы тот лучше засыпал. Серебряная стрела – велосипед, на котором оба ездили, потому что на два велосипеда не хватало денег…
Коста покачал головой. Морщины у него на лбу разгладились, но тут же появились снова:
– Тебе всё это Тониус рассказал?
– Я очень мало знал Тониуса. Всё, что я знаю о вашей семье, он мне не рассказал, а показал.
Коста непонимающе нахмурился.
Вблизи что-то треснуло.
– Я знаю, почему ваши сыновья исчезли. Они не сбежали. Они просто изменились.
– Изменились? – Голос Косты прозвучал хриплым эхом.
Ариан уже ощущал дыхание волка: тот был всего в прыжке от них.
– Тониус и Титус вошли в тот, другой мир, в который вы лишь на секунду заглянули, а они там остались. Теперь вы их не узнаете.
– Что всё это значит? Я их отец, я всегда их узнаю.
Прямо рядом с ними сломалась ветка, так громко, что услышал и Коста. Он тут же направил луч фонарика в ту сторону, и свет очертил в тёмных елях светлую окружность. Ветви медленно зашевелились, словно их задели какие-то невидимые силы.
– Пожалуйста, не пугайтесь! Среди деревьев ожидает часть вашей семьи.
Ветви раздвинулись, на землю посыпались иголки, а в ветвях показалась коричневая шерсть. Луч света сдвинулся выше: на них с двухметровой высоты смотрела огромная голова волка. Золотистые глаза, коричневая шерсть и разинутая пасть с острыми зубами. Существо полностью вышло на свет. Оно двигалось на них – огромное, с длинными руками и кривыми когтями на пальцах. На плечах его всё ещё висели клочья зелёного пальто. Прижав уши и склонив голову, оно сделало шаг к Ариану, и он почувствовал, что сердце бьётся где-то в горле. Оборотень подошёл ещё ближе. Подняв руку как для приветствия, Ариан заметил, что луч фонарика дрожит.
Коста спросил уже почти шёпотом:
– Медведь? Гризли в Аркене. Как…
Ариан, не опуская руки, шагнул к Титусу:
– Нет, не медведь. Это Титус. Он не случайно пришёл сюда, на могилу матери. – Теперь Ариан стоял вплотную к этому волкоподобному существу, доходя ему только до груди. Титус наклонил голову и ткнулся тёплой и влажной мордой в ладонь Ариану. – Прости, Титус. Я должен был тогда после уроков объяснить тебе, что произошло с Тониусом. Я не должен был окликать его в лесу…
Оборотень фыркнул.
– Я не понимаю, почему ты говоришь с медведем и называешь его Титусом?! – Голос у Косты сорвался. Луч фонарика заметался из стороны в сторону. – Что здесь происходит? Я получил слишком высокую дозу тета-радиации?!
Ариан повернулся к Косте. Волк дышал ему в затылок. Взяв Косту за руку, он через рубашку ощутил, как у того колотится сердце.
– Тот, кто стоит перед вами – ваш сын. – Ариан чувствовал, как в него проникает сила Кошки. Он видел, как из него исходит серебристый свет и как руку Косты окутывает туман. – Вам нужно увидеть то, что есть, а не то, что кажется вам понятным.
