Мы с тарелками, полными картошки фри, уставились в экран, мою сонливость как рукой сняло, хотя время уже подходило к часу ночи – таковы будни парочек, работающих в полиции. От начала и до конца посмотрели, как Адам пробирался в лес, подглядывая за сектантами, пока не дошел до кострища. Как бедолагу засовывали в каркас кукурузного человека. Самое интересное началось там, где обрывалась история Адама – когда он бежал от сектантов через лес до молельни, а его дрон, летящий следом, врезался в дерево у самого края леса и запутался лопастями в ветвях. Его камера оказалась направлена аккурат на двор общины, было видно, как Адам проник в молельню, как прибежали преследователи, как некий паренек, должно быть, Луи, показал им рукой, где прятался наш пострадавший.
В кадр попал здоровенный бугай, выбежавший из леса, которому отдавал указания запыхавшийся седой мужчина с посохом:
– Элиуд, только не убей его, он уже никуда не денется.
– На костре ему место!
– Нет! – прокричала прибежавшая со стороны общины девушка. – Не смейте трогать его!
– Ева, никто его не тронет, успокойся, – произнес старик и перевел суровый взгляд на Элиуда.
– Обещаешь?! Я наложу на себя руки, если убьете Адама! Ты никогда меня больше не увидишь! Только попробуйте тронуть его!
– Да, дочь моя, обещаю. Элиуд, свяжись с Леоном, он сейчас в Париже, отвези к нему Адама на попечение, пусть пару месяцев позанимает его чем-нибудь, чем угодно, неважно. Нам нужна фора. Ева, завтра объявляй всем на утренней молитве, что мы переезжаем.
– Как? Зачем? – спросила девушка.
– Мы давно ходим по краю, до меня дошла информация, что наши заказчики, враждующие между собой, прознали о нашем примерном местоположении, да и этот Адам, когда отпустим, разболтает на весь свет, что видел здесь. Мы просто переедем немного севернее. Ах, да, Элиуд, приберись в камерах Чистилища, там жуткая вонь! Идем домой, Ева, старику нужно отдохнуть.
– Куда переезжаем, пастырь? – спросил Элиуд.
– В Дюнкерк.
Все разошлись по домикам. Дальше камера записывала ночную темень, пока не села.
– Да! Да! Он успел сказать, куда переезжает! – произнес ликующий Эмильен. – Мия, а что было дальше?
– Элиуд спустился в подземелье и запер Адама, сказав всем, что отвез его в Париж. Когда Леон вернулся, стало ясно, что он Адама вообще не видел. Затем их все же отправили шпионить за жертвами.
– Главное, что у нас есть запись казни сектантами, завтра обрадуем комиссара, а теперь в постель! – прикрикнул Эмильен, схватил меня и потащил на руках в спальню.
<p>В участке</p>