Дом, где живет лето полностью

Онлайн-калькулятор беременности говорит, что ребенок родится в конце февраля или в начале марта. Знак зодиака – Рыбы: чуткий, мечтательный, романтичный. Шейла была по гороскопу Рыбы, утешительное совпадение. Кристи – Скорпион: страстная, упрямая, находчивая.

Интересно, какой здесь, в штате Мэн, февраль? Кристи ежится, едва подумав об этом. Хоть она и променяла волны теплого и сыпучего, как сахар, песка на скалистый берег, холод она не любит. Поэтому так долго оставалась в Майами-Бич, поэтому так хотела уехать из Альтуны. Будет ли в домике на Саммер-стрит тепло? Кристи надеется. Но на этом фантазии всегда обрываются, потому что первый шаг на пути к собственному домику и жизни с Дэнни и ребенком – это сказать Дэнни, что у нее будет ребенок.

В среду, ближе к середине июля, Элейн, как всегда, предлагает подвезти. Дочки рыбака рисуют во дворе мелом. Едва Кристи захлопывает дверь машины, как звонит телефон.

– Добрый день! – говорит дружелюбный, незнакомый голос. – Это Кристи?

– Да.

– Это Сьерра!

– Простите, – говорит Кристи, – я не знаю никого по имени Сьерра.

– Я звоню спросить, как я могу помочь вам с консолидацией задолженности и погашением долга.

О нет. Нет. Не надо было отвечать. И снова Кристи вспоминает даму из Медицинского центра. Прости, дорогуша. Ты можешь убежать, но не сможешь спрятаться. В конце концов тебя найдут. Бросить трубку? Зашвырнуть телефон в океан? Ни в коем случае нельзя было отвечать. Она же знает, что нельзя отвечать на незнакомый номер. Напрасно она потеряла бдительность.

– Кристи? – окликает Сьерра. – Моя задача – улучшить ваше финансовое положение. Не судить вас или выдвигать обвинения. Хотите чем-нибудь поделиться? Я готова выслушать вас.

Кристи уверена, что Сьерра читает по бумажке: на словах «выдвигать обвинения» она спотыкается.

– Готовы меня выслушать? – переспрашивает Кристи. – Ну что ж, вы сами напросились.

Когда Кристи была в третьем классе (они с Шейлой только переехали в Альтуну), у нее была лучшая подружка, Твайла Эмброуз. Твайла недавно порвала со своей прошлой лучшей подружкой Нелли Фридман и немедленно взяла под свое крыло Кристи.

Шейла работала помощником адвоката в «Голдстайт, Хеслоп, Стил, Клэппер, Освальт и Смит». Кен, отец Твайлы, владел в Альтуне небольшой сетью химчисток, а ее мать, Хелен, заботилась о хозяйстве, о Твайле и о младшем брате Твайлы, Закари. Каждое утро Хелен заплетала Твайле две французские косички с идеальным пробором. Когда Кристи оставалась у Твайлы на ночь (а такое случалось чуть ли не каждые выходные), девочки смотрели «Сабрину – маленькую ведьму» в комнате отдыха, а Хелен приносила им огромные тарелки попкорна, приготовленного на плите, а не в микроволновке. Сами Хелен и Кен садились на диване-раскладушке в гостиной, ели ванильное мороженое из одинаковых белых мисок и смотрели телевизор. Когда Кристи поднималась наверх в туалет (до 2005 года, потом Эмброузы сделали душевую с туалетом на первом этаже), она подглядывала за родителями Твайлы с лестницы и докладывала подруге, что те смотрят (как правило, «Кто хочет стать миллионером?»).

Твайла не видела во всем этом ничего особенного.

– Они. Такие. Скучные, – говорила она. – Они больше ничего не делают.

– Такие скучные, – поддакивала Кристи, хотя для нее это было в новинку: два родителя сидят рядышком на диване, когда ты ложишься спать вечером и когда встаешь утром. На завтрак после ночевки были панкейки. Хелен Эмброуз заплетала косички и Кристи тоже, извиняясь, если затягивала слишком туго. Но Кристи никогда не было слишком туго. (Шейла уходила на работу, как только Кристи садилась в школьный автобус, времени на волосы Кристи у нее не было.)

Это всего лишь одна из череды несправедливостей, больших и маленьких, о которых Кристи никогда-никогда не говорила маме, потому что мама уставала, потому что она так много работала, и потому что в конце дня от офисных туфель у нее страшно болели ноги, и потому что иной раз она пропускала родительские собрания, потому что иногда у них кончался хлеб и к завтраку не было тоста, и потому что Кристи знала, что мама и так старается изо всех сил.

Всякий раз, когда Кристи спрашивала об отце, ответ Шейлы был один и тот же: Не будем о нем, хорошо? Не будем о нем. Достаточно того, что мы есть друг у друга! Это Кристи слышала во втором классе, и в третьем, и в четвертом, и в пятом, и в шестом.

А в седьмом классе им задали проект по семейной генеалогии. У Кристи упало сердце, когда учитель зачитал задание. Конечно, не у нее одной в классе была нетрадиционная или неполная семья. Болина Джеффриса годовалым усыновили из Китая; у Сары Поппердам было две мамы и не было папы; Майлз Фуртада был зачат от донора спермы. Но этого никто не скрывал, и сами дети знали о себе все. А Кристи – не знала.