– Не можем, – Влад кивнул на что-то за моей спиной.
Я повернул голову и отшатнулся от неожиданности. В метре от меня высилась глухая стена. Коридора, из которого мы пришли, больше не существовало.
– Вот это номер, – пробормотал Кирюха.
– Похоже, это место хочет, чтобы мы шли вперед, – Влад, казалось, не удивился такому развитию событий. – Так что выбора у нас нет.
Мы пошли дальше. К первому повороту приближались осторожно, но за ним оказались все те же бесконечные ряды дверей, как и за следующим. Никого и ничего, что могло бы испускать те душераздирающие вопли, мы не обнаружили.
– Такое бывает, – заявил Влад. – В легенде говорилось, что в Закулисье иногда можно услышать необычные звуки.
Словно в подтверждение его слов где-то впереди раздался новый звук, короткий и звонкий. В отличие от криков, его можно было назвать даже приятным.
– Напоминает трель колокольчиков, да? – Кирюха остановился, прислушиваясь.
– Да, немного, – согласился я и, подумав, добавил: – Надеюсь, это не те колокольчики, о которых я думаю…
– Ты о чем? – полюбопытствовал Влад.
– Да так… Слышали когда-нибудь про такую вещь, как безопасный гроб?
Кирюха совершенно не к месту хихикнул, Влад просто покачал головой.
– Между прочим, зря смеешься. Безопасный гроб – абсолютно реальная вещь, ее в девятнадцатом веке часто использовали при погребении. Смысл вот в чем: медицина в то время была не очень развита, поэтому бывало, что людей хоронили заживо. Например, кататоников, или тех, кто был в коме или летаргическом сне. Чтобы этого избежать, придумали простой механизм – у могилы или склепа ставили колокольчик, а веревочку от него привязывали к пальцу покойника. Если тот просыпался, то начинал дергать за веревочку, и его быстренько откапывали. Поэтому и назвали такое изобретение «безопасным гробом». Кстати, об этом есть одна интересная история. Хотите послушать?
– Ты хоть здесь можешь обойтись без своих историй? – Влад закатил глаза.
– А что за история? – заинтересовался Кирюха.
– История будет про кладбищенского сторожа по имени Альберт. В городе, где находилось кладбище, его называли Старым Альбертом. Годков ему и правда было немало – чего стоит хотя бы его густая седая борода, что спускалась едва ли не до пояса.
Случай, о котором я хочу рассказать, произошел где-то в середине девятнадцатого века. В то время безопасное погребение набрало немалую популярность, поэтому почти у каждого захоронения имелось по колокольчику, тонкий шнурок от которых уходил под землю либо в глубины склепа. Странное дело – колокольчики не убирали даже спустя годы после похорон, несмотря на то, что покойник уже явно не очнется. В результате колокольчики, некоторые из которых давно проржавели, по-прежнему висели у могил и склепов, время от времени издавая чуть слышные трели на ветру.
В этот вечер, как обычно, Альберт вооружился фонарем и отправился на плановый обход. Октябрьская ночь была ясной и прохладной, на небе в россыпи звезд красовалась полная луна. Опавшие листья хрустели под ногами при каждом шаге, а изо рта вырывались облачка пара. Альберт подумал о горячем чае, который ожидал его в сторожке по возвращении, и настроение немного улучшилось. Захотелось побыстрее вернуться в тепло.
Добравшись до середины кладбища, он уже собирался повернуть назад, но не мог не остановиться напротив величественного старинного склепа. Трава вокруг была вытоптана, и Альберт знал почему. Этим утром он застал похороны одной дамы, последней представительницы рода, кому принадлежал этот склеп.
Церемония неприятно поразила его. Конечно, до него доходили разные слухи как о женщине, так и о ее роде в целом, но он даже не представлял, насколько сильна была людская ненависть. Пришедшие на похороны зеваки в открытую обсуждали детали ее гибели и обзывали женщину ведьмой. В том, как они это делали, чувствовался неприкрытый страх, не пропавший даже после смерти ее источника. Альберт с отвращением отошел подальше, чтобы не слышать этих разговоров.
Сейчас, стоя перед склепом, он размышлял, чем эта женщина заслужила такое отношение. Оно казалось ему жестоким и несправедливым.
Тяжело вздохнув, Альберт медленно побрел прочь. Но в следующую секунду остановился и прислушался. Нет, наверное, почудилось. Альберт сделал шаг и снова замер, на сей раз отчетливо услышав звон колокольчика. Обернувшись, он посмотрел сначала на склеп, затем на новенький колокольчик.
Разумеется, такое случалось и раньше. Иногда, в самые ветреные ночи, колокольчики начинали звонить сами по себе. В этом не было ничего ненормального или зловещего – вот только в эту ночь стоял полный штиль. Альберту отчего-то стало неуютно. Поплотнее запахнув пальто, он решил поскорее вернуться в сторожку.
Шагов через десять он обернулся, просто так, на всякий случай.
На его глазах колокольчик опять зазвенел.
Сердце пропустило удар. От неожиданности Альберт едва удержался на ногах. Даже со своего места он видел, что колокольчик звонит не от ветра. Привязанную к нему веревочку кто-то с силой дергал.
«Невозможно, немыслимо, – стучало в голове. – Неужто и правда похоронили живую?»
