«Папочка, не отпускай меня. Папа, посмотри на меня, смотри, как я могу. Папочка, покружи меня! Папа, папа, я ледяная принцесса?» – эти слова снова и снова вертелись в ее голове. Она вспомнила, как постоянно что-то кричала ему, требовала одобрения, потом вспомнила, как каталась сама, двигаясь вдоль бортика, и отец скользил рядом с ней. Мадлен посмотрела на свои ноги и ощутила, что они больше не были столь напряжены, расслабилось и тело, и вот уже она, не задумываясь, скользит по льду без посторонней помощи.
– Девочка моя! Ты сделала это! Ты вспомнила!
Мадлен кивнула, снова взяла его за руку, ее ноги двигались быстрее и быстрее. Она рассмеялась и оглянулась туда, где стояла Поппи, удивленно уставившись на мать. Потом она снова посмотрела на отца, который обнял ее и закружил, словно в каком-то стремительном танце.
– Ты помнишь, Мэдди? Ты помнишь, как мы танцевали на льду?
Мэдди улыбнулась и в тот момент почувствовала, что наконец обрела душевный покой, примиряясь с прошлым и будущим. У нее был ее отец, Поппи и Джесс. Она искренне любила их, и они любили ее. Именно в это мгновение она осознала, что абсолютно счастлива, – возможно, впервые с момента смерти Майкла.
