В Луганск Люся ехала на пассажирском поезде Москва – Луганск. Ей досталось купе, и она заняла свое место на средней полке в четырнадцать часов, за полчаса до отправления. Попутчиками по купе оказалась пожилая пара, которая после эвакуации возвращалась в свой знаменитый Краснодон, раскинувшийся южнее Луганска. Железнодорожное сообщение туда прервано, будут добираться на автобусе, который, по их сведению, отойдёт через полчаса по прибытии поезда в Луганск и надо торопиться, перебежать с перрона на автовокзал, стоящий неподалеку. Потому Люсе толковых советов, как да что в поиске мужа и части, в которой он служит, дать не могли. Пара оказалась малоразговорчивая, напуганная войной и её тяжелыми последствиями, оставленной без присмотра квартирой в шахтерском городе. Люся знала о Краснодоне и краснодонцах очень мало. Роман о них не читала, а только в детстве видела художественный кинофильм, и ей не пришло в голову расспросить о краснодонцах своих попутчиков. Зато она таращила голову в окно и всё всматривалась в те места, мимо которых катил скорый поезд, который должен прибыть в Луганск в десятом часу утра. Она рано улеглась спать, чтобы с рассветом вновь сесть к окну и изучать веси, по которым катит к мужу, как она полагала – к продолжению счастья.
Люся обратила внимание на то, что автомобильные трассы забиты большегрузными военными машинами, накрытыми брезентом, длинными белыми фурами, размалеванными флагами и символами спецоперации. Номера на машинах сплошь российские. А вот легковых авто мало. Попалась колонна броневиков на колесном ходу. Они стояли перед шлагбаумом, выглядели внушительно, даже устрашающе, хотя стволы орудий зачехлены и замаскированы. На одной из узловых станций ночью прошумел длинный состав с танками. Они также были укрыты от постороннего глаза брезентом, но Люся догадалась – танки! Подумала: «На одном из них будет драться любимый человек, мой ненаглядный Ванечка». Все увиденные картины рождали в душе у Люси подспудное чувство тревоги, но и удовлетворения от необычной военной атмосферы, в которой теперь она находится, дышит звенящим от колес военной машины воздухом и сама пребывает в другом измерении. Оно приподнимает дух, укрепляет веру в то святое дело – защиту Отечества, которое выполняет Ваня, его однополчане и весь наш народ, и она, слабая телом, но крепкая волей с мечтой о победе, вечном мире и счастье.
Люся выбралась из вагона с рюкзаком за плечами и вещевой сумкой в левой руке. В её клади консервированные мясные продукты, колбаса, конфеты, пряники, теплые шерстяные носки, новые берцы, тёплый комбинезон. Весеннее солнце высоко поднялось над горизонтом, отбрасывая уродливые тени зданий, хорошо прогрело воздух, но на улице после душного купе дышалось легко, полной грудью. От рельсов и шпал несло обычными железокреозотистыми запахами. На перроне многолюдно от встречающих. Люся бодро двинулась с потоком прибывших и встречающих на вокзал, чтобы навести справки в справочном бюро. Здание удивило. Она никогда не видела такую арочную, даже сказочную, архитектуру, с именем города написанного синими огромными буквами. Да, собственно, где бы могла видеть, коль никуда дальше своего края не выезжала. Зал ожидания оказался весьма вместительным и уютным. К удивлению, в справочном сообщили, что в сторону Лисичанска на привокзальной площади формируется военный автопоезд и скоро выйдет в сторону Лисичанска. Люся обрадовалась, она уж несколько раз пыталась дозвониться до Ивана, но он не отвечал, что пугающе означало: находится на передке.
Она не знала, что Иван только что вышел из ночного боя с поврежденной башней танка, о том, как он выводил машину из соснового бора, где экипаж стоял в засаде, подбив броневик укров, и огнём из пулемета уничтожил оставшихся в живых солдат. Тут им прилетело, экипаж контузило, но не тяжело, башню заклинило, и орудие, развернутое вправо, теперь увеличило ширину танка и мешало пробиваться меж могучих сосен, довольно густо стоящих, но Иван находил проходы и увёл машину из-под обстрела. На рассвете вышли в безопасную зону. Контуженый командир танка с трудом рапортовал о выполненной задаче по уничтожению разведчиков. Машину Брюквин отогнал на ремонтную базу. Там же он получил звонок о том, что Люся прибыла в Луганск и просит, чтобы он разыскал свою ненаглядную и отвёз в санчасть полка. Она же по совету бывалых продвигается в сторону Лисичанска, в районе которого находится батальон танкистов-сибиряков, о чём Иван категорически возражал, поскольку нацики бьют зло и часто по населенным пунктам, прилегающим к городу.
– Люся, оставайся в Луганске, здесь, в прифронтовой зоне, негде встречаться. Всё разбито, покорёжено. Жди меня там, мне дали три дня увольнения. Потом будем решать вопрос с твоей службой, – кричал он в телефон.
– В Луганске тоже с квартирами плохо, я еду с оказией. Как раз ваши снабженцы попались. Будем находиться на связи, благо ты мне ответил на звонок.
