— Милана, ты реши… или давай всё переиграем и их сейчас «внезапно» найдём, но ещё рано, они только начали соображать, что реально не настолько чужие друг другу, как им казалось, или потерпи. И да, Кирилл Харитонович прав. Андрею ничего говорить будет нельзя в любом случае. Ты сможешь это выдержать?
Милана сосредоточенно задумалась. То, что говорить кое-какие вещи нельзя, она и сама понимала. Вот, например… Андрей дико оскорбится, если узнает, что она из своих заработков начала платить редактору кулинарной книги. Так зачем, спрашивается, его нервировать? А тут… да, некрасиво, не очень-то честно, а что ей делать? Она же видит, как Андрея просто перекашивать от злости начинало, когда он о старшем брате заговаривал. Да, понятно, что у них свои отношения, но Николай-то его спас. А если бы она, зная об их поганых отношениях, не решилась бы просить помощи у деверя?
— Андрея бы уже не было! — очень чётко осознала она. — Так что, если можно дать им шанс просто пообщаться, пусть так и будет. Невозможно заставить двух людей понять друг друга, но помочь им поговорить — можно! Да, ну вот так они разговаривают. А какой может быть ещё разговор, если они ненавидели друг друга всё детство?
Она решительно подняла голову, став на миг изумительно похожей на своего отца.
— Могу! Ничего говорить не стану! Да, мне очень Андрея жалко, но, если бы не его брат, мужа у меня бы уже не было. Вы правы, надо продолжать!
— Кремень-девчонка! — выразил общее мнение Хантеров, когда они уже сидели с Мироновым у него дома. — Испугалась немного, но взяла себя в руки.
Взятие себя в руки в полном одиночестве снова сопровождалось потоком слёз, но Че предусмотрительно смылся, а Несси так старательно утешала, что Милана решила прекратить реветь, пока у неё ещё остались ресницы…
Ночи летом в Карелии светлые, поэтому Николай отлично видел, что Андрей не спит. Он отрезал от брезента широкую полосу и туго перетянул брату рёбра, недоумевая, что тот терпит, не орёт, не начинает его проклинать, как раньше, стоило только чуть ближе подойти.
— Вырос, — абсолютно идиотская мысль, вполне естественная для любящих старших братьев и абсолютно невозможная для Николая, закружилась в голове, не желая улетать восвояси, — Так и мне уже не четырнадцать, однако…
— Ты чего? Смотришь, как отец на пропавшего, но найденного сына… — фыркнул вредный Андрей, поймав нетипично-внимательный взгляд брата.
— Тьфу-тьфу, вот уж не надо мне таких сыночков, от тебя едва-едва с ума не сошёл! — тут же рассердился Николай, машинально принюхиваясь к какому-то знакомому и приятному запаху.
— Да ещё кто от кого! — парировал невыносимый братец.
Переругивались как-то лениво. В конце-то концов, глупо ругаться, если лежат рядом на одном куске брезента, которым накрыт лапник, а другим укрываются — у воды ночи не то, чтобы очень тёплые…
— Слушай, вот мерещится мне… — уже засыпая и утратив часть язвительности, пробормотал Николай, — Словно свежим деревом пахнет, хвойным, до чего работа доводит! Мерещщщщ…
Николай, умаявшись за день, уже уснул, а у Андрея сон как рукой смахнуло.
— Стоп! А ведь ничего ему не мерещится! Правда, пахнет свежим деревом! И так… много этого запаха. То есть не одиночный спил, а как будто мы в только что построенном доме находимся!
Он чуть не вскочил, чтобы проверить догадку, но не решился — ребра болели, рядом безмятежно спал Николай, и будить его внезапно стало жалко — он сам и лапник нарубил, и кашу варил с тушёнкой, и даже котелок сходил вымыл сам.
— Да сиди ты, раненный боец, а потом ещё неизвестно, чего ты там накашеваришь, а я-точно умею, — погордился старший брат, не признавшись, что кашу до сего дня варил всего два раза и из всех случаев только вот этот, последний раз, она не пригорела, да и то исключительно случайно.
Андрей быстро соображал, вспоминая последние события:
— Ну, положим, для Милы нетипично что-то так требовать, как ту землянику… Это, во-первых, во-вторых, то, что она с нами не поехала — что за срочность такая истошная случилась в её издательстве, да ещё с учётом того, что мы издаём её книгу платно? В-третьих, водонепроницаемые чехлы для смартфонов. Зачем? Я всю весну на лодке плавал, ни разу не переворачивал её, и смартфон был цел, тот случай, когда мы с ним вместе нырнули — не считается… а тут она прямо как предусмотрела… А ещё встреча с мужиками, которые уговорили поехать на «земляничный остров», где нет земляники, зато есть разгуляй-компания… и драка была какая-то очень уж несерьёзная, и лодка пробита, и запах свежего дерева в старом на вид доме.
События выстраивались парадом планет, и вывод назревал невесёлый. Правда, он тут же себя одёрнул:
— Неее, у тебя уже паранойя, Андрюха! Ничего себе, дедукция на таких неустойчивых фактах! Кто мог быть уверенным, что мы сюда всё-таки поедем?
Ответ пришёл в голову сразу:
— Хак! Точно, этот паразит всё просчитал! Интересно, как он Милку уговорил? И зачем?
