— Ничего, может, потом ты надумаешь! — весело ответила южанка и крутанула какую-то ручку. Их отражения в зеркале вдруг вытянулись и принялись извиваться, как дождевые черви, нацепленные на палку. — Смотри, как весело!
Лиза улыбнулась:
— Давай не будем ничего трогать, ну так, на всякий случай?
Ника с лёгкостью согласилась и потянула её дальше по коридору:
— Летом в Академии жутко скучно: занятий нет, ученики разъезжаются по домам, — она вдруг осеклась, словно о чём-то вспомнив, — Я имею в виду те, у кого есть дом, конечно. А откуда ты приехала, и почему совсем одна?
Девушка вздохнула и в двух словах поведала новой знакомой свою короткую историю, умолчав, конечно, о настоящей причине своего побега. Моника слушала на удивление внимательно, в её тёмных глазах отражались сочувствие и тревога.
— Значит, ты не любила того парня? — шёпотом спросила она.
— Дело не в этом, — Лиза потрогала тесёмки, торчащие из капюшона мантии. — Просто мне нужно учиться, а всё остальное… наверное, для этого ещё не пришло время.
— У нас на родине девушку могут выдать замуж в тринадцать или в четырнадцать лет, — сообщила Ника. — А тебе уже восемнадцатый год!
— Я родилась в Пределе, на границе, — тихо сказала Лизабет. — Может быть, те, кто родился так далеко на севере, медленнее созревают?
Она невольно улыбнулась, а собеседница откровенно захихикала:
— Может, у вас просто холодная, как лёд, кровь и не приливает в нужные места? У тебя вон даже руки ледяные, словно ты только что слепила снежок!
Лиза почувствовала, что её кровь устремилась к голове и едва заметно окрасила щёки:
— Думаю, если мне кто-нибудь понравится, — она покусала нижнюю губу, невольно вспоминая встречу на призрачной дороге и загадочного теневого мага, — а я понравлюсь ему, то мы уж как-нибудь найдём способ обогреть друг друга. А теперь не могла бы ты подсказать, как разыскать магистра Тэрона? Я больше никого не знаю здесь.
Моника поводила красивыми глазами туда-сюда, похлопала загнутыми вверх золотистыми ресницами:
— Думаю, это будет просто!
— Почему ты так решила? — спросила Лиза.
— Потому что мой отец работает именно с магистром Тэроном. И чаще всего они бывают в лабораториях на втором этаже. Мы можем проверить это прямо сейчас, идём!
Магистр Тэрон сидел на высоком стуле, подогнув под себя левую ногу и небрежно откинувшись на скрипучую спинку. Он рассматривал на просвет какой-то плоский камень. Напротив него, по другую сторону заваленного всевозможными предметами стола, стоял рослый темнокожий человек в рабочей одежде с закатанными по локоть рукавами и поспешно делал записи в блокноте. Менее всего этот крупный мужчина с мускулистыми, натруженными руками и коротко остриженными чёрными кудряшками на голове походил на третьего сына короля. Глаза его горели тем огнём, что частенько охватывает учёных и исследователей, стоящих на пороге какого-нибудь открытия. Узкое серое перо размашисто выводило формулы:
— Ты видишь это в камне, Тэрон, ты видишь, как мы близки к истине?
Магистр перевернул камень и скептически усмехнулся:
— С какой стороны посмотреть, друг Коджо.
Принц закончил писать и принялся что-то разыскивать среди свитков, карт и кусков горной породы, которыми была покрыта столешница.
— Я бы хотел послушать, — сказал Коджо, призывно махнув рукой, — расскажи!
— Если посмотреть вот так, то я вижу две фигурки, утопающие в море тумана. Двоих несчастных, на которых вот-вот обрушится тёмная лавина. Если же повернуть наоборот, то, пожалуй, эти двое превращаются в покоривших горную вершину победителей на фоне клубящихся облаков.
— Будем держаться второй версии предсказания, — улыбнулся темнокожий исследователь. — Она мне больше импонирует.
— Разве учёным пристало верить в предсказания? Я думал, это удел эльфийских пророчиц и выживших из ума старух, — Тэрон опустил камень на край стола.
— Предсказания бывают правдивыми, а бывают — нет. Такое же случается и с научными теориями, а посему я люблю гадания. Скажем так, касательно штурма графской эээ… крепости я оказался прав, разве нет? — чёрные глаза Коджо сделались лукавыми, но магистр порывисто встал со стула и мановением руки распахнул едва приоткрытую дверь.
Счастье, что тяжёлая дверь открывалась внутрь кабинета, в противном случае Моника заработала бы на лбу внушительную шишку. Девушки одновременно пискнули, темнокожий великан расхохотался. Неизвестно, чем бы закончилось неосторожное подслушивание не совсем понятного студенткам разговора, но Лиза мягко отстранила новую знакомую и вошла в просторную и светлую обитель магистра Тэрона.
— Здравствуйте, — почти прошептала она, вежливо поклонившись мужчинам.
Её глаза встретились с пронзительным, колким взглядом магистра, и девушка с огромным трудом сдержалась, чтобы не опустить голову сразу. Лизе казалось, он видит её насквозь, видит не только содержимое её головы, но даже и то, о чём она сама ещё не догадывается. Как и на экзамене, ей стало не по себе.
— Лизабет Сандберг, — безошибочно вспомнил он. — Значит, вы всё-таки решились?
