– Бывает… Я видел, как за Парачином мы встречаемся с автором путевых записок и его женой! Когда мы их встретим – тогда всё и узнаем.
Вера внимательно смотрела на Мики.
– Ты меня…
– Я говорю серьезно. Ясно вижу, как мы их там встретим.
– Когда?
Мики снял вдавленную крышку коробки и принялся нервно доставать из нее бумаги.
– Все смешалось, когда я упал…
Вере стало не до иронии:
– Мики, солнце мое… Ты уверен, что нам не нужно обратиться к кому-нибудь за помощью? Ведь столько всего с тобой приключилось. Да еще и бомбежки… Мы все немножко…
– Вот! – довольный Мики поднял документ, который искал. – За три дня до Успения Пресвятой Богородицы!
– Что, Мики? Что – за три дня до Успения Пресвятой Богородицы?
– Прошу тебя, не разговаривай со мной, как с Анджелией! Я в себе и абсолютно спокоен и собран! – На мгновение Мики с замешательством вспомнил Чеду и все, что с ним случилось. И нарочито замедленно положил бумагу на стол: – Дата последней записи. Последней сохранившейся записи. Там мы их встретим. За три дня до Успения Пресвятой Богородицы. Или, что еще вероятнее, днем позже. За два дня до…
– Успения. А год какой… дай я посмотрю.
Мики подозрительно смерил жену взглядом. В голове у него промелькнула мысль: как бы она не сотворила какую-нибудь глупость с пергаментом. «Это уже действительно паранойя», – подумал он. И решился передать Вере рукопись.
– Шесть тысяч девятьсот шестнадцатый год, то есть… – задумалась Вера.
– Тысяча четыреста восьмой! – залпом выпалил Мики.
– Мики, солнце, на дворе тысяча девятьсот девяносто девятый год. Неужели ты думаешь, что существуют реальные шансы на нашу встречу? Если не в пространстве, то во времени?
– Тут нет связи. Ты невнимательно читала.
Это замечание мужа Вера восприняла как обиду, и ее обеспокоенность его состоянием на мгновение уступила место защитному цинизму.
– Так объясни мне, будь добр.
У Мики не возникло желания отреагировать на недоброжелательный выпад жены.
– Смотри… Что здесь написано? Дорога широкая и гладкая как стекло… может, имеется в виду современная асфальтированная автострада? Затем – не подразумеваются ли под странными закрытыми железными повозками, передвигающимися с невероятной скоростью, современные автомобили?
С тех пор, как на Црном Врхе Мики прочитал концовку путевых записок, он все время размышлял о смысле последних описанных сцен.
– Если речь идет о видениях далекого будущего, записанных за три дня до Успения Пресвятой Богородицы 1408 года, тогда нужно серьезно воспринимать и видение какого-то транспортного средства, которое должно в скором времени остановиться и повезти автора записок и его возлюбленную дальше, – продолжил Мики. – Разве ты не заметила, какой странный порядок у этих дат?
Мики принялся быстро доставать бумаги.
– Первая запись о путешествии, дощечка из Трикорнии, датируется апрелем, точнее, апрельскими нонами 113-го года от Рождества Христова. По мнению Дорогого Дьявола, апрельские ноны соответствуют 5 апреля… Так, где он. Ага, вот. Следующий документ, первый из нескольких записей, сделанных в Гроцке, составлен на второй день Пасхи 1876 года. Я просмотрел таблицы для определения дат празднования Пасхи и обнаружил, что Пасха 1876 года пришлась на воскресенье 4 апреля. По старому календарю. Второй день Пасхи в таком случае – это 5 апреля. В Трикорнии-Ритопеке на рассвете, в Гроцке – вечером. Все сходится. От Ритопека до Гроцки можно дойти пешком за полдня. Без особых проблем.
Последняя запись в Гроцке оставлена вечером… Вот она: 11 апреля. А уже 13 апреля, правда, 1439 года, путешественник написал первые строчки в Смедерево. Затем, после нескольких дней в Смедерево, путешествие продолжается, чтобы автор записок и его… любимая прибыли в Колары. В Коларах запись сделана только 12 мая 1737 года. Но ей предшествует скитание по лесам под Коларами, пребывание в самих Коларах до прибытия витязя Гербера, затем в канцелярии у витязя Гербера… Опять все вроде бы сходится. Нельзя точно сказать, когда путешественники снова тронулись в путь, но, по всей видимости, скоро – раз запись оставлена. В последний из трех дней пребывания в Смедеревской Паланке, то есть в Паланке Хасан-паши, автор записок оставил описание всего, что с ним там приключилось. Это было 7 Раджаба 1064 года Хиджры, или 24 мая 1654 года от Рождества Христова. Снова все более-менее сходится.
Баточина – понедельник по воскресенью о слепорожденном 1690 года. Пасха в 1690 году праздновалась в воскресенье 19 апреля, а воскресенье о слепорожденном приходится на пятое воскресенье после Пасхи, 24 мая. Значит, понедельник – 25 мая! Здесь совпадение полное. Автор записок спешно покинул Паланку, верхом на коне. До Баточины от Паланки, как минимум, полдня езды.
Багрдан – конец мая 1788 г. Тоже сходится.
Записи в Ягодине, которая несмотря на все обходы горы Липар, да и той же Йошаницы, совсем рядом с Багрданом, сделаны после слишком долгой паузы. Только 10–12 июля 1915 года. Но перед тем, как ее сделать, путешественник перенес долгую и серьезную болезнь.
